Книга Исчезнувшая, страница 172 – Мари Мур

— Ты не должен был трогать Кимберли. Ты должен был расквитаться со мной, – я рычу в его лицо. – Со мной, слышишь?

Горящими глазами я смотрю, как уголок его рта приподнимается в ухмылке.

— Я и так расквитался с тобой, – Блаунт улыбается, обнажая зубы, перепачканные кровью. – Я отобрал у тебя Кимберли. Ты всегда был для нее временным вариантом, потому что в конечном счете она принадлежала мне. Она моя.

— Вот тут ты ошибаешься, – говорю я. – Может быть, ты воспользовался шансом и дождался, когда я был далеко от нее. Может быть, ты воспользовался ее беспомощным состоянием. Но Ким всегда была и будет моей. Это мое имя она шепчет во сне. Это мое имя она стонет, когда я у нее между бедер. И это мое имя она носит в сердце. А твое поганое имя она забудет после того, как я закопаю тебя.

В подтверждение моих слов Десмонд сворачивает с шоссе на неухоженную грунтовую дорогу. По обе стороны деревья выстраиваются мрачными тенями, и вскоре брат останавливает машину посреди леса. Он выключает фары и выбирается из машины.

Я стискиваю кулаки, пока перед глазами всплывает проклятое видео. Я вспоминаю, как Блаунт прикасался к Ким. Вспоминаю его мерзкие стоны и рыки, шлепки его поганой плоти. Вспоминаю Ким всю в синяках, лежащую на больничной кровати, и мое горло сжимается.

Это слишком. Всего этого дерьма слишком, блядь, много. Как это может быть правдой? Это не жизнь, это гребаный ад. И Ким прошла через него, а я не смог ей помочь.

В моей голове столько шума, что я могу сойти с ума. Я тянусь к центральной консоли и вытаскиваю оттуда бутылку виски. Делаю глоток, беру бутылку с собой и вылезаю из внедорожника. Я глубоко и жадно дышу, пропитываясь запахом влажной земли после дождя.

Черт возьми, это идеальное сопровождение для убийства.

Больше не думая, я выдергиваю из машины Блаунта. В этот момент Десмонд подходит к багажнику и достает лопату. Взгляд Блаунта мечется с брата на инструмент в его руках. Его глаза наполняются страхом, и ярость внутри меня только усиливается.

Я хватаю и волоку ублюдка вглубь леса. Всю дорогу он кричит и умоляет его отпустить. Причитает, что не планировал оставлять в лесу Кимберли. Но я не останавливаюсь. Ветки хлещут по моему лицу, но я радуюсь боли. Если я способен ее чувствовать, значит я жив и могу убить эту мразь.

— Здесь, – Десмонд останавливается возле высокого искривленного дерева и вонзает лопату во влажную землю.

Я кидаю Десмонду телефон, чтобы брат снял видео. Я буду пересматривать запись снова и снова. Хочу каждый раз видеть последние жалкие минуты существования ублюдка.

Десмонд начинает снимать. Я достаю нож и разрезаю кабельные стяжки на руках Блаунта. Затем подталкиваю ублюдка к лопате.

— Копай, – приказываю я.

Блаунт с трудом стоит на ногах и хватается за лопату. Он прищуривается, когда смотрит то на меня, то на Десмонда. Но я качаю головой.

— Если ты сделаешь глупость, я убью тебя самой медленной и болезненной смертью.

Блаунт тяжело дышит, его лицо в свете луны бледное и блестящее от пота. Он медленно опускает взгляд на траву и, кажется, бледнеет сильнее.

В это мгновение Десмонд делает шаг навстречу к нему, и это служит сигналом для Блаунта. Он принимается копать, и с каждым взмахом лопаты его дыхание становится все тяжелее и тяжелее. В какой-то момент его тело дергается, и он падает.