Книга Мир Аматорио. Неделимые, страница 98 – Мари Мур

— Он говорил правду? – тихо спрашиваю я. – Ты убил их?

Я чувствую, как его руки сильнее обвиваются вокруг моего тела.

— Я никого не убивал, – отвечает Кэш. – У этого парня проблемы с головой, и мы должны забыть о нем. Этот псих уехал, и все кончено. А мы должны добраться до Коссе, как можно скорее. Осталось чуть-чуть, и все будет позади.

С этими словами Кэш подхватывает меня на руки. Словно я ничего не вешу, он начинает быстро идти в сторону шоссе, откуда доносится монотонный шум мчащихся машин. У меня не хватает духу сделать Кэшу выговор.

Что не так с ним? Зачем он бросился на пистолет? Он всерьез думает, что таблетки, предназначенные для меня, стоят дороже его жизни?

— Ты можешь меня отпустить? – вместо этого спрашиваю я.

Кэш опускает голову, и я встречаюсь с его взглядом.

— Тебе некомфортно, что я прикасаюсь к тебе?

Его руки крепко держат меня, одна из них практически рядом с задницей. Наши тела плотно соприкасаются, и если я опущу голову на его грудь, то услышу биение его сердца. И несмотря на то, что нас окружает пустынная прохладная ночь, я ощущаю себя в тепле и безопасности.

Слово «некомфортно» и близко не подходит.

— Дело не в этом, – мое лицо начинает краснеть. – Я могу идти сама.

— Ты уверена? – уточняет Кэш, и я едва сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза.

— Да, мамочка, я уверена.

Кэш аккуратно меня опускает, и белые подошвы моих «Nike Air Force» касаются пыльной дороги. Я одергиваю на себе толстовку и делаю шаг. Голова не кружится, я чувствую в себе силы продолжить путь.

Легкий прохладный ветерок развевает мои волосы, выбившиеся из хвоста. Мне хочется поскорее оказаться в каком-нибудь месте, где есть теплый душ. Но когда мой взгляд поднимается к черному небу, я останавливаюсь.

Надо мной возвышаются сотни звезд. А может быть тысячи. Их величественное мерцание наводит на мысль, что я всего лишь крохотная часть этого мира.

Порыв ветра приносит с собой горьковатый запах травы, скудно растущей среди высушенной земли. Это странно, но я чувствую спокойствие и умиротворение ночью в пустыне.

— Как красиво, – тихо вырывается у меня.

— Я бы поспорил.

Я поворачиваюсь и вижу, как Кэш пристально на меня смотрит. Несколько секунд он не разрывает зрительный контакт и больше ничего не говорит.

— Хочешь сказать, что ты видел что-то более завораживающее? – спрашиваю я.

— Вижу,– поправляет он, – прямо перед собой.

С этими словами Кэш перекидывает рюкзак на другое плечо.

— Не хочу обламывать тебя, но в этих краях водятся гремучие змеи и летучие мыши.

Должно быть, красноречивое выражение моего лица забавляет Кэша. На его губах появляется полуулыбка, когда я испуганно срываюсь с места и проношусь мимо него в сторону трассы.

— Теперь я уверен, что ты можешь идти, – довольным тоном добавляет он.

Я сдерживаю себя и качаю головой. Только Кэш может перейти от милого комплимента к очередной колкости говнюка. И я более, чем уверена, что он намеренно идет позади меня, чтобы пялиться на мою задницу.

Вскоре мы добираемся до освещенного шоссе. Вдалеке я замечаю огни придорожного бара со стоянкой, где припаркованы грузовички, пикапы и мотоциклы. Кэш говорит, что нам нужно туда, и спустя примерно десять минут мы оказываемся под вывеской с изображением техасского символа – быка лонгхорна^[11].