Книга Мир Аматорио. Неделимые, страница 200 – Мари Мур

О, черт. Я совсем забыл, какой Кристи может быть свирепой.

Я выпрямляюсь в полный рост и готовлюсь вновь принять удар. Что скрывать, я это заслужил. Я даже согласен на то, чтобы Десмонд и Кристи вдвоем оторвут мне голову и будут танцевать вокруг моего окровавленного трупа.

Кристи мчится на меня, и я начинаю слегка беспокоиться.

— Перед тем, как вы убьете меня, я хочу сказать, что у меня была причина…

Изящная ладонь Кристи будто превращается в опасный кастет и врезается в мою грудь. Я снова сгибаюсь пополам, перед глазами сыпятся звезды. Хватаю ртом воздух и вместе с этим сдерживаю болезненный взрыв смеха.

Интересно, сейчас подходящий момент, чтобы сказать, что удар Кристи стал сильнее, чем у Десмонда?

— Ты реально думаешь, что я поверю в то, что у тебя не было ни одной возможности сообщить мне, что ты жив? – возмущается Десмонд. – Ты гребаный эгоист, Кэш. Возможно, у тебя были причины исчезнуть на полгода, но ты мог…

— Я не хотел вас впутывать. Это было опасно.

Шок загорается в темных глазах Кристи. Она обменивается взглядом с Десмондом. Я жду, что Кристи снова испробует в деле очередной приемчик крав-мага. Но вместо этого она…

Притягивает меня к себе и обнимает.

— Ты засранец, Кэш, – Кристи стискивает меня в объятиях. – Я так боялась, что больше не увижу тебя!

Я роняю сумку на пол и обхватываю ее плечи.

— Я знаю, что поступил хреново и заставил вас нервничать, – бормочу я.

Кристи отстраняется и поднимает на меня сердитый взгляд.

— Я ждала, что ты сообщишь о себе какую-либо новость. Но вместо этого ты взял и исчез. Ты просто сошел с ума!

— Прости меня. Но у меня не было выбора, – я перевожу взгляд на Десмонда. – Я не хотел, чтобы вы были в этом замешаны.

Снова протягиваю брату руку.

— Обидам конец?

Его глаза мрачно сужаются.

На самом деле я не жду, что Десмонд меня простит. Но брат должен понять, что у меня были причины. Я не мог допустить, чтобы ему и Кристи угрожала опасность.

— Сколько раз я обещал тебя убить? – спрашивает Десмонд, вскинув бровь.

— Однажды ты это сделаешь, – усмехаюсь я. – Но не сегодня.

Десмонд не может ничего с собой сделать и хмыкает. Затем хлопает по моей руке и прижимает, чтобы обнять.

— Сомневаюсь, что когда-то это сделаю, – говорит он. – Так вышло, что тебя любит моя жена. Не хочу ее расстраивать.

— Просто признайся, что ты любишь меня, – саркастично произношу я и подмигиваю Кристи.

Она усмехается и качает головой.

— Я рада, что некоторые вещи навсегда остаются с тобой.

Я поднимаю сумку, и мы втроем заходим в дом. В воздухе ощущается запах свежей выпечки, перемешанный с ароматом цветов. Наверняка Доротея готовит что-то вкусное, чтобы побаловать Десмонда и Кристи.

Миную парадную лестницу и иду дальше, чтобы избежать лишних вопросов и причитаний Доротеи о том, куда я пропал, и как она переживала все это время. Я оказываюсь в задней части гостиной и останавливаюсь рядом с камином.

Здесь все осталось таким же, когда мама была жива. Она занималась внутренним декором, и папа решил ничего не менять. Тут по-прежнему много свободного пространства, светлые стены и мебель с элегантными дизайном.

Я достаю из сумки мамины фотографии и выставляю их в ряд на каминной полке. Десмонд подходит и берет один из снимков, где маме не больше десяти лет. Несколько секунд брат разглядывает фото и молчит.