Книга Три ночи с заключённым, страница 5 – Кристина Жиглата

За тренажерами находилось двое дверей. Одна справа, а вторая слева. Мне нужно было налево, но я не спешила никуда идти. Зависла на несколько секунд, потому что до сих пор не могла прийти в себя.

Спустя несколько секунд по решеткам следует оглушающий удар дубинкой, и я испуганно подскакиваю на месте, оборачиваясь и глядя назад.

— Тебе что помощь нужна? – прорычал грубый надзиратель. – Пошла! Иначе я сейчас войду и помогу тебе! – грозит, и я тут же срываюсь с места, направляясь к нужной двери.

Открываю её, быстро проскальзываю внутрь и оказываюсь в просторной комнате, больше смахивающую на некий номер люкс в отеле.

Здесь была большая кровать с шелковыми простынями, личный бар, стол, стул, диван и телевизор. На полу пушистый ковер, коричневого цвета, а стены покрыты декоративной отделкой в коричнево-кремовых тонах.

В комнате витал густой дым от сигарет, и был приглушенный свет. Справа находилось маленькое окошко с видом на море, на котором были прутья решетки… И, пожалуй, это единственное что напоминало о том, что я до сих пор находилась в тюрьме, а не у какого-то богача в квартире.

Это все что я успела разглядеть и подумать, прежде чем заметила движение в конце комнаты. Я испуганно посмотрела туда, где заметила это движение и инстинктивно напряглась. В углу стояло кресло, и в этом кресле сидел тот зэк, Змеев. Он курил сигарету и в упор смотрел на меня.

Я подумала о том чтобы убежать, но потом вспомнила что некуда. Да и ноги не хотели слушаться, они как будто срослись с полом, заставляя меня замереть на месте.

— Подойди! - просит мужчина… Хотя, нет! Не просит, а приказывает. Голос тихий и спокойный, но в нем отчётливо слышится некий нажим. В нём сквозит предупреждение и опасность. Я не решаюсь ему перечить, и будто на автопилоте, делаю несколько шагов к мужчине.

Он не спускает с меня своего пристального взгляда. Рассматривает. Изучает им, и как будто уже раздевает.

В этот момент я чувствую себя особенно уязвимой… Будто обнаженная. Я чувствую себя слабой и никчемной. Я чувствую себя так, будто уже не принадлежу себе.

Странно и необычно, но это так…

Один его взгляд, его присутствие, энергетика, сила и власть… Здесь всё пропитано им. А теперь уже и я.

Неуверенно приближаюсь, тяжело и рвано дыша… В голове сумбур из мыслей о том – что будет дальше, а в груди сердце грохочет с такой силой, что мне даже больно.

Когда оказываюсь в двух метрах от мужчины, замираю, потому что дальше идти боюсь.

Он смотрит на моё лицо, затем опускает взгляд на шею, грудь и… Облизывается. Будто перед ним не человек, а лакомый кусочек мяса.

Его глаза черные, в них мрак, пустота… Он красив и молод, ему около тридцати, но выглядит так, будто уже прошел через ад и знает что такое самая настоящая жизнь.

— Ближе! – хрипит он, кивнув головой к месту у своих ног. Я делаю ещё пару шагов, и застываю, потому что в этот момент вижу на журнальном столике рядом с ним открытую папку, а там фото моего отца и вся информация на него толщиной в десять листов А-4.

Мужчина сразу замечает мой интерес к его бумагам.

— Анатолий Алиев. Сорок пять лет. Работал на Авдеева. Ему дали четыре года за соучастие в преступлении. Отсидел год. И ему ещё осталось три, но… К сожалению он может и не прожить даже до завтра. Тот, кого он подставил, тоже в этой тюрьме и сейчас твоего отца планируют убрать… Причем самым жестоким образом – ему выпустят кишки, - вдруг говорит и моё сердце пропускает удар. А на глазах выступают слёзы.