Книга Три ночи с заключённым, страница 2 – Кристина Жиглата

— Почему? – не понимала.

— Потому что сделаешь хуже. Ты просто не понимаешь…

— Я могла бы попытаться…

— Ничего ты не сделаешь. Твой дядя тоже пытался... И где сейчас он… Где-то в лесу, зарыт глубоко в земле? – говорит и я охаю от ужаса после услышанного. – Это не игра. Всё серьёзно, - добавляет отец. – Пообещай мне, дочь, - настаивает, и я обещаю. Сквозь рыдания, но обещаю… Так больно. – А теперь, расскажи мне о себе… О том, как сложилась твоя жизнь…

Оставшееся нам время мы говорим обо мне и ни разу об отце. Он расспрашивает меня обо всем и очень внимательно слушает, с улыбкой и со слезами на глазах. Он сожалел, что так много пропустил и что не был рядом, но ничего уже не вернуть.

Время нашего свидания очень быстро заканчивается. Приходит надзиратель тюрьмы и говорит, чтобы я прошла за ним. Мы прощаемся со слезами, потому что видимся в последний раз… Всё будто в тумане.

А потом я растерянная и убитая горем, иду к выходу, мимо других заключенных, полностью забывая об осторожности.

Когда мы шли на встречу, мой сопровождающий сказал мне держаться по центру и не обращать внимания на крики и грязные словечки заключенных, мимо которых мы проходили. И я придерживалась этих правил. Но сейчас, после разговора с отцом, я забыла об этих правилах и осторожности… Взяла слишком близко к левому краю и когда мы уже были практически возле выхода, кто-то поймал меня за руку, вынуждая остановиться.

Огромная, покрытая росписью татуировок ручища обхватывает моё запястье, заставляя меня замереть на месте. Смотрю в сторону, на того кто посмел ворваться в моё личное пространство и чувствую, как моё сердце сбивается с ритма. Это был один из заключенных, который схватил меня, когда я проходила мимо его камеры. Высокий, мускулистый, опасный… Часть его лица и почти все видимые участка тела были покрыты татуировками, а взгляд такой мрачный и пугающий… Если бы в этот момент я была не так расстроена после разговора с отцом, то обязательно потеряла бы сознание от испуга.

Его черные, словно бездна глаза, смотрели так, будто изнутри всё выжигали… Сущий зверь.

Дыхание мужчины было тяжелым и частым, тело блестело от пота… И я почти сразу поняла почему… Когда посмотрела за спину заключенного и увидела в его камере много разных тренажеров, на которых он явно только что занимался.

Несвойственная вольность в тюрьме - иметь собственные тренажеры в камере. А ещё у него была одежда не такая как у всех, не тюремная… На нем были простые свободные штаны и черная майка. Кроме того, за его спиной за заметила ещё две двери, которые вели в отдельные, закрытые комнаты… И это тоже удивляло.

У этого заключенного были явно свои привилегии в тюрьме и это до жути настораживало.

Чтобы подумать об этом всё и мысленно оценить обстановку у меня уходит буквально пять секунд. Всё это время заключенный, который схватил меня за руку, сверлил меня заинтересованным взглядом. Рассматривал.

Я не была откровенно или как-то вызывающе одета… На мне были простые джинсы и водолазка. Мои длинные волосы цвета меди, были собраны в высокий хвост. На лице ни грамма косметики. К тому же после встречи и разговора с отцом я плакала, а значит, сейчас моё лицо было опухшим, а глаза красными, поэтому я точно не могла привлечь внимание ни одного мужчины.