Книга Под предлогом ненависти, страница 53 – Нетта Хайд

— В эту дождливую пятницу родилась моя королева, благодаря которой каждый мой день становится лучше предыдущего. – Я знаю, что звучу как полный болван, но говорю все это очень искренне. – Я счастлив, что ты есть в моей жизни, пусть пока что в стороне, но все поправимо. Продолжай и дальше радовать меня своей красивой улыбкой и доброй душой. С днем рождения, Фелиция Льюис.

— Тео, – говорит она, слегка улыбаясь.

Меня немного удивляет ее реакция. Я ожидал увидеть отторжение или хмурость. Но она не начинает бить меня букетом по лицу, за что я очень благодарен ей.

— Тео, спасибо большое. – Она отрывает взгляд от цветов и мягко, с добротой смотрит на меня. А дальше… дальше она делает шаг в мою сторону, а я делаю шаг назад, решив, что сейчас все-таки шипы встретятся со мной, но она просто встает на носочки и целует в щеку.

Фелиция Льюис только что сделала шаг ко мне.

Фелиция Льюис только что поцеловала меня.

— Ва-а-ау, – заторможенно выдаю я, совершенно не ожидая получить такую благодарность на свое поздравление. – Я готов дарить тебе цветы каждый день, добавляя по два цветка в букет, чтобы наши отношения развивались еще быстрее, – на одном дыхании произношу, не моргая, чем вызываю у нее улыбку, а у ее подруги кашель, которым она давится, а потом начинает хлопать себя по грудной клетке, желая избавиться от смертельного приступа.

— Тео, ты ведь знаешь, что…

— Знаю-знаю, но я буду ждать, – подмигнув и щелкнув пальцами обеих рук перед своим лицом, я отворачиваюсь и ухожу, чувствуя внутри что-то невероятное.

Продолжая держать лицо в режиме «улыбка придурка», я захожу за угол и засовываю руки в карманы. Прохожу немного и резко останавливаюсь, когда нащупываю пальцами подарок, который купил ей, но о котором совершенно забыл.

Я разворачиваюсь и иду обратно, желая получить еще одну порцию благодарностей, но уже в другую щеку. Почти дойдя до угла, где она стоит, я стопорюсь и прислоняюсь спиной к стене, когда слышу свое имя.

— Фел, ну ты серьезно? Он такой внимательный к тебе, может, все-таки дашь ему шанс? – говорит Карлотта, пытаясь направить мысли Фелиции в правильную сторону. – Это ведь Теодор Каттанео! Слышишь? Секс даже в имени слышится, а во внешности… Думаю, тут и говорить ничего не нужно.

На моих губах появляется самодовольная улыбка от осознания того, что я зарекомендовал себя подобным образом. Нет ничего прекраснее, чем знать, что тебя хотят все. Все, кроменее.

— Я знаю, – говорит Фелиция, тяжело вздыхая, – но я уже не знаю, как ему намекать на то, что он меня не интересует. Я не хочу его. Он как будто специально постоянно приходит после моих отказов и пытается влюбить меня в себя.

— Детка, это называется желание добиться тебя.

— Это несомненно приятно, но я… я люблю другого.

Услышав эти слова, я начинаю хмуриться и думать, о ком она, черт возьми, сейчас говорит? Насколько мне известно, Фелиция одинока, и ее сердце сейчас свободно. Тогда о какой любви к другому парню может идти речь? Если только…

— Хардин Скотт – вымышленный персонаж, Фелиция.

Да, Карлотта, полностью согласен.

— Нет, это не Хардин, – хмыкнув, произносит Фелиция. – Я познакомилась с ним в конце прошлого лета. А месяц назад я летала к нему.

Следующее, что говорит Фелиция просто рвет меня изнутри и подтверждает то, каким слепым придурком я был все это время: