Книга Трофей для Хищника, страница 97 – Анна Юта

А потом вдруг в комнате резко становится тихо. Не двигаюсь. Стараюсь сжаться как можно сильнее, будто так Игорь меня не заметит.

— Зафиксируйте ублюдка на стуле, — чуть хриплым голосом произносит он.

Начинается какая-то возня, а я кожей чувствую на себе взгляд. А потом ощущаю теплые пальцы на руках выше локтя. Улавливаю запах Игоря. Родной, приятный, смешанный с легким флером пота, так он кажется немного грубее и еще притягательнее.

Игорь поднимает меня на ноги, крепко прижимает к себе и, обхватив руками, шепчет на ухо:

— Можешь открыть глаза, солнышко, все кончилось, — он целует меня в висок и снова шепчет: — Прости, что ты это видела. И за то, что тебе пришлось тут сидеть… Я вообще за многое должен извиниться, но главное, ты в безопасности. Слышишь? Я нашел настоящую крысу.

Его слова проваливаются в сознание, но я не могу их осознать. Все еще в шоке от произошедшего. И глаза открывать не хочется совсем. Страшно видеть, во что Игорь превратил Юрия. Сейчас я понимаю, почему с той девушкой они расстались.

— Я не хочу смотреть, — выдавливаю наконец сипло. Меня колотит крупная дрожь. — Можно мне уйти отсюда? Пожалуйста.

Игорь отлепляется от меня и, обняв одной рукой за плечи, влечет в сторону двери.

— Мы в коридоре, открой глаза, — произносит бархатисто. Смотрю на него и сталкиваюсь с диким, взбудораженным взглядом.

Точно как тогда, когда она меня застукал за подглядыванием.

Игорь еще несколько мгновений жадно ощупывает взглядом мое лицо, цепляясь за губы, а затем добавляет серьезно:

— Нам надо поговорить.

— В мой кабинет, — деловито добавляет Игорь и жестом указывает мне в сторону лестницы.

Точно, как тогда. Но с тех пор много изменилось. Дохожу до лестницы, поднимаюсь на первый этаж, но дальше не иду. В душе плещется тонна обиды, что он отправил меня в подвал, как преступницу.

— Нет, Игорь, — прямо смотрю ему в глаза. — Нам не о чем говорить. Если с меня сняты все обвинения, я бы хотела вернуться в хостел.

В его глазах мелькает беспокойство, а потом выражение лица становится суровым.

— Я не могу тебя отпустить, — произносит он мрачно. — Я еще не очистил твое имя перед партнерами, но это полбеды. Наживное. Малек признается, и на тебя больше никто не будет думать. Но это не главное…

Он замолкает, бросает взгляд на кухню, потом переводит на меня.

— Пойдем, я сделаю тебе чай, — приказывает и, видя, что я не двигаюсь с места, скрипит на пониженных тонах: — Эльвира, не заставляй нести тебя туда.

Игорь сейчас в таком состоянии, что, кажется, лучше не спорить. В конце концов, от чая еще никто не умирал, да?

Мы проходим в темную кухню, он включает свет, ставит электрический чайник, достает заварник, кидает в него пару ложек листового Английского Завтрака и прячет жестяную банку обратно в шкаф. Движения не суетливые, спокойные, даже сосредоточенные.

Сажусь за стол в ожидании чая, видимо, но не понимаю, зачем все это. Игорь дожидается вскипания чайника, не поворачиваясь ко мне. Заливает заварник, переставляет на стол с сахарницей и чашками. Докладывает ложки из ящика кухонного прилавка.

— Я не могу тебя отпустить, Эльвира, потому что… и это главная причина, — разлив заварившийся чай по чашкам, произносит Игорь, исподлобья смотрит мне в глаза. — Потому что я хочу, чтобы ты была со мной.