Книга Трофей для Хищника, страница 100 – Анна Юта

Его подлечат, и в четверг я отдам его людям, которые хотят поквитаться с ним сильнее, чем я. И заодно покажу его видеопризнание. Ровно то, чего он требовал от Эльвиры, чтобы однозначно ее закопать. Только его признание настоящее. Если бы я его не остановил, если бы она пошла на поводу, он бы выполнил обещание — защитил бы ее от меня навсегда. Посмертно. Подонок — одно слово.

Во вторник вечером мне звонит Петя.

— Я выяснил про твою Эльвиру. Готов? — спрашивает с порога. Прошу его продолжать. — Подтвердилась твоя дикая догадка. Эльвира и Жизель были сестрами. Если эксгумировать тело, можно подтвердить еще и по ДНК.

Вздрагиваю. Нет. Я не готов ворошить могилу Жизель.

— У тебя бумажные подтверждения есть? Или это все слова? — голос скрипит сдерживаемым напряжением.

— Обижаешь, — отвечает Петя. — Я нашел настоящее свидетельство о рождении Эльвиры. Мать сдала ее в детдом не сразу, только через полгода. Видимо, попыталась какое-то время воспитывать сама, поняла, что не тянет, и избавилась от одного ребенка.

— Пришли фотки, отправлю к тебе кого-нибудь забрать бумажные копии, — на этом я прощаюсь и заканчиваю разговор.

Как забавно распорядилась судьба. Одной сестре все, другой — ничего. Что могло повлиять на выбор матери? Одна кричала больше, другая меньше? Или одна пахла сильнее другой? Или, может, одна начала улыбаться раньше?

У меня в голове не укладывается, как можно отдать собственного ребенка, но где мне размышлять о мотивах той женщины? Как же ее звали? Диляра… Диляра Асланова. Их с Жизель могилы находятся рядом на Русско-Финском православном кладбище. Это ближайшее к поместью кладбище в черте города. Так было удобно. Я уже и не помню, когда последний раз посещал его. Воспоминаний о Жизель хватало благодаря вещам, а Диляру я и не знал толком, только по рассказам дочери.

Сейчас поздно ехать, но завтра я наведаюсь к Эльвире. Прошло несколько дней, она наверняка подумала. Хотя, даже если нет, мы поговорим.

Эльвира

В воскресенье днем Александр посадил меня в Инфинити и отвез… в квартиру на Яхтенной улице. Почему я не удивлена, что эта квартира находится по тому же направлению, что и поместье Игоря?

Квартира оказывается балдежной. С шикарнейшим ремонтом, встроенной техникой и входящей в плату горничной, которая является раз в сутки, чтобы прибрать и перестелить постель. Невольно закрадывается предположение, что квартира сдается посуточно. Это намек? Потому что я тут надолго не задержусь?

Часть дня я трачу на обживание, хотя разбирать вещи мне толком и не надо. Всего одна дорожная сумка и ноут. А после наваливается тоска. Сама себя не понимаю. Я же подумать хотела. Взвесить за и против. А сейчас, оказавшись в одиночестве, свободной, без каких-либо обязательств, ощущаю, что чахну и хирею. Как будто не все было сказано, не все услышано. Но я увидела достаточно, чтобы знать, что Игорю непросто далось это согласие меня отселить.

Игорь меня не беспокоит. Как и обещал — дает время и воздух. Без него спокойно, но что-то не дает мне нормально спать по ночам. Сплю тревожно, часто просыпаясь, и не знаю, что меня разбудило. А утром вторника меня тошнит. Первая мысль — я беременна! — но я ее отметаю. Я ведь отчетливо помню… Нет. Я не помню, как закончился тот секс. Не может быть! По датам припоминаю, когда были последние критические дни — вот же черт! Сходится. По идее, сейчас задержка около недели.