Книга Трофей для Хищника, страница 24 – Анна Юта

Делаю, как он сказал, и понимаю, что все это время он наблюдал за мной. Он подходит сбоку и смотрит, куда я поставила другие книги. Довольно хмыкает.

— Смотрю, с кругозором у тебя все в порядке, Эльвира, — он перебирает пальцами по старинным корешкам, а потом касается моего подбородка, поворачивает голову к себе.

Нежно, почти невесомо, а у меня по рукам мурашки бегут. И сейчас это не страх, а какая-то дикая смесь смирения и возбуждения.

— На сегодня все, — тягуче добавляет Игорь Михайлович, заглядывая мне в глаза. — Пойдем, я покажу, где ты будешь жить.

Стоп. Он сказал «жить»? Нет. Это никуда не годится! Я не согласна.

Коротким движением высвобождаю подбородок из его пальцев. Отступаю на шаг. Качаю головой. Хочется возмутиться вслух, но вопроса не было, а это правило уже въелось в память. Нельзя говорить. Противоречивые эмоции рвут меня на части. Я не могу подвести Женю. А соглашаться на все, что приказывает Игорь Михайлович, не позволяет совесть.

— Что не так, Эльвира? — он прищуривает черные глаза, чуть склонив голову набок.

Невольно любуюсь, но потом мотаю головой, сбрасывая наваждение.

— Все не так, Игорь Михайлович, — выговариваю сдержанно. — Мы договаривались о работе помощницей, а не проживании в вашем доме. К тому же, у меня нет никаких вещей. Я не согласна ночевать тут.

Игорь Михайлович подходит вплотную. Так близко, что его запах окутывает меня. Незаметно принюхиваюсь — меня с ума сводит этот аромат. Когда-нибудь спрошу, что за парфюм. А какие у него губы!.. Наверняка он круто целуется. Наверняка у него было много женщин… Черт подери! О чем я вообще думаю? Поспешно прячу взгляд и рассматриваю пол под ногами.

— Посмотри на меня, Эльвира, — доносится сверху мягким басовитым голосом. Против воли упираю в него взгляд. Кажется, у меня покраснели щеки. Вот бы это было не так… — Ты будешь жить и спать там, куда я покажу. Потому что мне так удобнее. Кто платит, тот и заказывает музыку. Это понятно?

Произносит ласково, как с несмышленым ребенком. Но говорит вещи, от которых у меня на голове волосы шевелятся.

— Мне у подруги было бы комфортнее, но я поняла, — нехотя соглашаюсь, — а вещи хотя бы дадите забрать? У меня вся жизнь сейчас там осталась.

Игорь Михайлович делает утомленное лицо.

— Ну ты и зануда! — он усмехается. — Завтра вставишь в свой график. Кто-нибудь из ребят тебя отвезет. А пока идем. Хватит спорить.

Ну вот, снова все не по-моему. Что, если он меня сейчас подведет к своей спальне и велит постельку греть? Это будет последний рубеж, после которого я буду уже не я. Сдамся на милость победителю. Не хочу так! Я отказываюсь. Ага, у меня нет права отказаться. И это право отобрала у себя я сама.

Игорь Михайлович указывает мне на одну из дверей неподалеку от кабинета и уже собирается ее открыть, как у него в кармане начинает вибрировать телефон. И я снова реагирую на это приступом паранойи. Головой понимаю, что Марк просто не может знать этого номера, но страшно все равно. Особенно, когда я вижу, как меняется лицо Игоря Михайловича. Черты заостряются, брови слипаются у переносицы. За несколько гудков он стал похож на коршуна, который выследил добычу.

— Нашли? Везите. Мне нужно с ним поговорить, прежде чем вручить его боссу, — отрывисто отвечает в трубку Игорь Михайлович и открывает таки дверь. — Он живой хоть? Без больницы протянет? Вот и везите! Все. Отбой.