Книга В клетке у зверя, страница 106 – Анна Юта

— Как ты собираешься его искать? — спрашиваю с вялым интересом.

— Его люди мне расскажут, — ухмыляется он.

— А если не захотят?

— Виктору захотят, — Вадим снова целует меня в висок. — Виктор справится. Не забивай свою красивую головку. Твоя задача сейчас как можно быстрее прийти в себя.

Да, легко сказать. Вздыхаю. Обе машины въезжают на территорию поместья Вадима и подкатываются к дому. Вадим выходит первым и на руках вытаскивает меня из машины. Небо только начинает заниматься рассветом, а Света уже открывает ему дверь. Не спала что ли?

— Вадим Романович, слава богу, — кудахчет она и суетится вокруг, пока он несет меня по гостиной.

— Ужин и чай в мою спальню, — приказывает он ей не останавливаясь.

Это при том, что в его доме все должны есть в столовой. Я помню это правило. Похоже, ради меня Вадим готов сломать даже самое фундаментальное.

Света молча принимает приказ, и её шаги удаляются в сторону кухни. А Вадим заносит меня в свою спальню и осторожно кладет на кровать. Я впервые в этой комнате. Она большая и роскошная, со смежной гардеробной и собственной ванной, как у меня. Мягкая поверхность кровати, знакомый мужской запах — все это действует успокаивающе, но мозг не может поверить, что все закончилось. В глазах щиплются подступающие слезы, и я никак не могу это остановить.

— Лера... — голос Вадима звучит мягко, почти шепотом. Он присаживается рядом, с тревогой заглядывая в мое лицо. — Давай помогу тебе? Ты вся дрожишь.

Он аккуратно касается кромки свитера, не отводя от меня взгляда, будто ждет разрешения.

— Позволь раздеть тебя? Тебе нужно принять душ, чтобы согреться.

Я вздрагиваю от этих слов, но сил протестовать нет. Да и, честно говоря, я не чувствую в его действиях никакой угрозы. Только заботу. Вадим медленно стягивает с меня свитер, затем останки толстовки, майки и лифчика, следом черед джинсов, и я остаюсь в одних трусиках.

Не говоря ни слова, Вадим берет меня на руки и несет в ванную, там ставит меня на пол около душевой. А потом сам снимает рубашку и брюки, оставаясь в одних боксерах.

— Я побуду с тобой, — говорит он, ободряюще глядя на меня, будто подтверждая: ничего плохого не случится.

Я киваю. Не знаю, почему, но мне хочется верить ему. Может быть, потому что этот человек уже спас меня, или потому что сейчас в его действиях нет ничего, кроме искреннего желания помочь.

Вадим заходит в душ первым, регулирует воду, а потом жестом приглашает меня под теплые струи. Я встаю под них, чувствуя, как горячая вода смывает холод с моей кожи. Вадим молча намыливает мочалку.

— Позволишь помыть тебя? — спрашивает он так же доверительно.

Позволяю. Меня с детства никто не мыл, и вспомнить это ощущение оказывается очень приятно. По-домашнему тепло.

Вадим выходит первым, растягивает передо мной полотенце, я сбрасываю мокрые трусики и заворачиваюсь, и он снова берет меня на руки. Я и впрямь начинаю чувствовать себя ребенком, о котором нежно заботятся.

— Света наверняка принесла тебе поесть и чай, я уложу тебя в постель.

На столе уже стоит поднос с домашним бульоном, гренками и стеклянным заварником чая.

Вадим кладет меня на кровать, а сам скрывается в гардеробной и приносит оттуда одну из своих футболок. Простую белую, без принтов и надписей.

— Надень, пожалуйста, чтобы было не холодно, — заботливо произносит он и отворачивается.