Книга Devil ex machina, страница 339 – Марьяна Куприянова

Что-то было здесь и звало ее сейчас. Позвало бы и раньше, если бы Фаина каждый раз не пользовалась лифтом. Интуиция словно взбесилась, повторяя, что ей нужно остаться и ждать, если она хочет ВСЕ вспомнить. И Фаина послушалась.

Пытаясь понять, что происходит, девушка присела на корточки, поддавшись иррациональному импульсу. Перед нею была бледно-зеленая стена с кусочком облупившейся краски. Фаина провела по ней ладонью, затем сковырнула ногтем еще один небольшой фрагмент, ломкий и сухой. Он легко отошел от стены и тихо упал на пол. Тогда она подумала и сковырнула еще один. В памяти что-то наклевывалось, вызывая сильное беспокойство.

Через несколько минут она раздирала пальцы в кровь и ломала ногти, пытаясь освободить что-то из-под пятна краски, которым его замазали, предварительно зашпатлевав. Поднявшись на обе ноги, девушка сменила угол зрения и увидела то, что прежняя Фаина видела почти каждый день. Соперник, с которым она годами бегала наперегонки по этой лестнице, находился именно здесь. Точнее, пятно облупившейся краски, в котором Фаина единственная видела поднимающуюся вверх улитку.

В космическом напряжении Фаина смотрела на кусок облезшей стены, затем в ошеломлении отступила на пару шагов. Она начала вспоминать, и это чувство сводило с ума едва успокоившийся разум. Словно жидкость под большим напором вливают в пустой сосуд – так возвращались к ней воспоминания из слепого пятна.

Сначала это были разрозненные визуальные и звуковые фрагменты. Но когда улитка освободилась и приобрела точные очертания на запачканной кровью стене, Фаина по-настоящему взвыла от того, что стало происходить внутри нее. Она пулей побежала наверх, умоляя мироздание, чтобы никто не попался ей на пути в таком состоянии.

Она стояла на пороге большого открытия и планировала шагнуть внутрь. Сумасшествие, но какое-то пятно на стене подтолкнуло ее вспомнить то, чего не удавалось восстановить людьми и вещами. Закрыть зияющий пробел, который долгое время мучил ее своей неразрешимостью.

Фаине стало так плохо, что она поначалу решила, это снова какой-то приступ, и первым делом, запершись в комнате, поспешила измерить уровень сахара. Но стоило прибору проткнуть ее палец маленькой иглой, она тут же вспомнила, как кто-то в темноте вонзил в нее несколько игл одновременно. Уронив глюкометр, Фаина услышала стук об пол, и этот стук напомнил ей другой – словно кто-то забивает гвозди поблизости, а она подходит к дверному проему и впервые видит его… НО КОГО?!

Похоже, улитка рассеивала слепое пятно, и огромные потоки скрытой информации, прорвавшись сквозь образовавшуюся прореху, раздирали Фаину изнутри, вливаясь раскаленным металлом в голову через трубки, вставленные в нос, рот и уши. В панике и лихорадке она стала блуждать по комнате, и отныне практически любая вещь напоминала ей о чем-то из прошлого, о событиях и людях, что раньше в упор не вспоминались.

Монеты, что лежали на столе, всплыли в памяти встречей в автобусе, когда у нее не оказалось денег на проезд. Но ее выручили. Какой-то юноша. Они вместе вышли на остановке… дул сильный ветер, а он без проблем закурил. Кто это был? Кто?

Еще не время вспоминать сущности.

Взгляд Фаины наткнулся на штопор на полочке с крупами, и она вспомнила, как ее настоящий штопор исчез неизвестно куда. К ней тогда приходил Денис, они вместе готовили на кухне, смотрели мультики и собирались выпить. Чтобы открыть вино, Фаине пришлось обойти весь этаж, в том числе заглянуть и в 405-ую! Но дверь ей открыл не Кирилл. НЕ КИРИЛЛ. А КТО? Тот же юноша, что выручил ее в автобусе?