Книга Devil ex machina, страница 249 – Марьяна Куприянова

Как ты смеешь, мерзавец, касаться ее там, где даже Я позволял себе касаться только в грезах? Преподаватель античной литературы уводит у меня девушку, как прозаично. И не просто девушку, а ФАИНУ! Ты получишь страдания, которые заслуживаешь. Я измучаю тебя, ты будешь мечтать о смерти. Ты мне не конкурент, она – моя. Нечто сильное во мне восстает против мысли, что я мог бы ее кому-то уступить. Поэтому я убью любого, кто… Нет! Его нельзя трогать, она поймет, что это снова я, и расстроится, а затем оттолкнет меня еще сильнее. Больше не заговорит со мной. Воистину не познал боли тот, кто не встретил женщину, достойную всей его любви, но которой он сам не заслуживает.

Фаина видела, как Ян начал приглашать девушек на танец, а значит, он сделал ответный шаг и вступил в игру. Они общались только взглядами, даже не думая всерьез заговорить или хотя бы приблизиться. Он вел себя вполне уверенно, словно позволял происходящему быть, потому что все идет только по его сценарию – и не только на театральных подмостках. Да, он выглядел так, будто разрешал Фаине общаться с Олегом и даже танцевать. Это раздражало ее, но она не подавала вида.

Весь вечер она ожидала, что Ян плюнет на условности и подойдет к ней, чтобы пригласить на танец, украдет ее у Олега и не вернет. В глубине души каждый раз, когда Ян оказывался поблизости, она надеялась, что он вот-вот заговорит с нею, бросит хоть словечко. Один раз он даже шел в ее сторону с бокалом вина, но резко изменил траекторию и угостил какую-то девицу, с которой потом трижды танцевал. Фаина ужасно злилась, но показывать этого было нельзя, и она смеялась с каламбуров Олега больше, чем они того заслуживали, и танцевала активнее, чем на то было сил или желания.

Ближе к полуночи она поняла, что танцы и люди страшно ее утомили, а еще она слишком голодна, чтобы думать о мужчинах. Тогда она разозлилась я уехала с Олегом, который, в отличие от Яна, быстро сообразил, чего ей хочется и что для этого нужно сделать. Никто не стал преследовать их, и новые знакомые спокойно съели по огромному бургеру в круглосуточном кафе недалеко от театра. Фаина настояла на том, что сама за себя заплатит, и Олег не стал с нею спорить, чем еще больше понравился ей.

— Самый вкусный ужин в моей жизни. Правда, обычно я ем шаурму, – призналась она, без стеснения поглощая свой заказ, из которого вываливался лук и соленые огурцы.

— У тебя еще есть силы пройтись? Можем поехать на набережную, там сейчас наверняка вообще нет людей.

У Фаины не было сил уже ни на что, но ей не хотелось расстраивать Олега, который так хорошо себя вел весь вечер и поддерживал ее. Даже здорово, что они еще погуляют. Если Фаина поздно вернется домой, Ян это обязательно заметит. Уж это должно расколоть лед. Но нет, нельзя превращать Олега в орудие мести, он этого не заслужил.

Ревновал ли ее Ян? Сдерживался ли, чтобы не подойти, или ему теперь все равно? Как так вышло, что они даже парой слов не перекинулись после спектакля, который должен был стать апогеем, изменить что-то между ними – безвозвратно? Фаина поймала себя на мысли, что если Ян все же ревновал, ей это ужасно нравится. Пусть все и дальше будет так.

— Мы можем пройтись, только недолго. Не больше получаса.

— Хорошо. Растрясем наеденные калории. Потом я отвезу тебя домой.