Книга Багровая связь, страница 88 – Марьяна Куприянова

— Тебе не понравится, если я отвечу честно, – ухмыльнулся Шувалов. – Смотрю, ты подыскиваешь себе место работы. Не хочешь быть у меня домработницей?

— Утихомирьте свои фантазии, – закатив глаза, посоветовала я.

— Напра-асно, Бет. Тебе бы очень пошел высокий хвост, каблук и белый фартук. На голое тело.

— Мечтайте дальше.

Он засмеялся, по обыкновению запрокинув голову. Голубые глаза утонули в морщинах.

— Все это не так далеко от реальности, как ты думаешь, дорогуша.

— По всей видимости, мы с вами живем в разных реальностях, – умело парировала я, удивившись такому удачному ходу.

Разговоры с Шуваловым стали для меня как бодрящие состязания в остроумии. Иногда я даже ощущала азарт.

— Нет, – покачал головой Шувалов, – это ты еще не осознала, что с твоей реальностью покончено, Бет. Наступает новая действительность, и только Я в ней диктую правила.

— Не понимаю, что Вы имеете в виду.

— Все ты понимаешь не хуже меня, Бетти. Позволь дать тебе совет: поскорее смирись. Ход событий тебе больше неподвластен.

Я смотрела на мужчину, ощущая, словно он берет контроль над моей волей, но это было всего лишь наваждение.

— Вижу, Вы тешите себя надеждами, будто поработили мое сердце и распоряжаетесь моей жизнью, но не стоит выдавать желаемое за действительное, – как же я его отбрила!

— А ты и не против, Бет.

— Ох, разумеется, Роман Григорьевич, я вся Ваша! – театрально проговорила я, вздымая глаза к небу, а руки держа у сердца.

Мне доставляло неописуемое удовольствие насмехаться над его самоуверенностью.

— Надо же, не боишься меня? А ближе подойти осмелишься? Давай же, Бет, докажи, что я не имею над тобой власти.

Удовлетворенная тем, как лихо у меня выходит разрушать его иллюзии, я совсем не заметила капкана и безрассудно шагнула к нему. Шувалов не ждал ни секунды и молниеносно заключил жертву в тиски. Словно рыбы, что прячутся в песке во время охоты, а затем резко выскакивают и хватают добычу.

— Может, наши реальности и не соприкасаются, зато мы с тобой – очень даже, и довольно часто. Что скажешь, Бет?

Я трепетала, словно стрекоза в паутине, пытаясь разорвать кольцо его рук.

— Только давай без банальностей типа «отпустите меня», «я буду кричать», «что вам нужно», окей? Хэй, ну что же ты? Я не имею над тобой власти, не управляю твоей жизнью, ты совершенно свободна, иди же.

Я продолжала отчаянные попытки высвободиться, а он смеялся надо мной, смеялся злорадно и самодовольно. Наконец, я успокоилась и затихла. Ладно. Вечно он меня так не продержит. Он чего-то добивается. Получит – я уйду. Осталось только выяснить, что ему нужно. Но напрямую спрашивать не имеет смысла. Это его только раздражает.

— Хорошо. Вам нужно, чтобы я соглашалась со всем, что Вы говорите?

— Конечно, нет.

— Что тогда?

— Что я хочу? От тебя? – мужчина поднял брови в высшей степени удивления. – Какая недогадливая малышка Бет, – усмехнулся Шувалов, прищурив ярко-голубые глаза.

Я даже не успела заподозрить неладное, как его губы впились в мои. Как это было странно… Сколько раз он уже прижимал меня, тискал, и никогда не пытался поцеловать. Мужчина обхватил меня за талию и за шею, и я не помню, что делали мои руки в течение поцелуя. Вполне возможно, что беспомощно висели вдоль тела, не пытаясь оттолкнуть мужчину. Точно я не могу сказать – слишком велико было мое ошеломление. Отчетливо помню, что закрыла глаза, и его язык нагло раздвинул мои губы, проник внутрь, сцепился с моим. Я, я целовала его в ответ! И пусть черт утащит меня в преисподнюю, если мне это не понравилось. Несколько раз Шувалов ослаблял нажим, позволяя мне все прервать, если я только захочу, но я не подавала знаков протеста, и он с тяжелым сопением впивался в меня с новой силой, как оголодавший бросается на сырое мясо. Ни Кирилл, ни кто-либо иной прежде не поглощал меня с таким безумием. Мужские губы двигались напористо, как зубы, рвущие мясо, а глубокие вдохи и выдохи смешивались со звуком, напоминающим клокотание насыщающегося зверя. Я услышала собственное постанывание. Руки машинально оказались на его спине и водили по ней вверх и вниз, едва касаясь. Мы оба не открывали глаз, однако по положению его рта я ощущала, что он сдерживает победную ухмылку. Я возбудилась так же сильно, как и после снов с его участием, только это уже был не сон, и нельзя проснуться, сходить в холодный душ и вернуться к Кириллу, успокаивая себя, что ничего из этого я не делала на самом деле.