Книга Grunge Pool Drive 85, страница 52 – Марьяна Куприянова

— А ты вспомни, как плохо было в самом начале, и нынешнее положение покажется тебе манной небесной. Тут к тебе в гости просятся, кстати. И очень настойчиво.

— Кто? – с робкой надеждой спросила я.

— Глава спасенного тобой семейства. Поблагодарить хочет. Впускать его?

— Впускайте. И всех остальных, кто придет, тоже. Надоело затворницей быть.

К середине второй недели моего пребывания в больнице раны, оставленные вскрывшимися волдырями, почти затянулись и выглядели как красноватые пятна. Это, в принципе, приемлемо, по сравнению с тем, как оно выглядело ранее.

— Кое-кто очень обрадуется. Ладно, я ухожу. Не забывай пить таблетки. И от мази не отказывайся. Знаю, что надоело. Но надо довести лечение до конца. Таковы правила. Я зайду завтра утром.

Фергюсон вышел, и через минуту на его месте появился невысокий мужчина, поджарый, с седыми висками, но на лицо не очень старый, лет сорока пяти. В руках он держал гигантскую плетеную корзину, забитую соками, фруктами и шоколадом. Рассматривая его, я позабыла о том, как сама выгляжу.

— Сара Фрай? Бедняжка… – приблизился он. – Меня зовут Джеймс, я пришел, чтобы поблагодарить тебя… за спасение своих близких. Раньше к тебе не пускали, и я не мог… мне сказали, ты сама запретила, чтобы кто-то приходил. Не представляю, сколько боли тебе пришлось перенести!

Его голос полнился искренним состраданием, мужчина не мог оторвать жалостливого взгляда от моего лица на протяжении всей своей речи. Когда он закончил, я безрадостно спросила:

— Неужели все так плохо?

— О чем ты?.. – осекся он и потупил глаза.

— Вы знаете.

— Бедное дитя! Мне тебя очень, очень жаль. Но я безмерно тебе благодарен!.. Если бы ты в тот вечер не проезжала мимо!..

— Они еще в больнице?

— Линду выпишут завтра, это моя жена, а Глория и Макс еще останутся здесь ненадолго. Мы обязательно придем к вам все вместе еще раз!

— Я тоже скоро выпишусь. Надоело мне здесь.

— Ах да! – он, казалось, так опешил от моего вида, что совсем забыл о корзине. – Прими это в знак моей благодарности. Я в любом случае оставлю это здесь, откажешься ты или нет.

— Ладно уж, – усмехнулась я. – Вон там поставьте.

Выпроводить Джеймса оказалось куда сложнее, чем я думала. Но это было только начало. Гости повалили, как из рога изобилия, заставив меня пожалеть о снятии запрета на посещение. Привыкшая к уединению, боли и собственному уродству, теперь я терялась, когда потребовалось снова общаться с людьми, которые так или иначе задерживали взгляд на красных пятнах, недавно бывших ожоговыми пузырями.

Сперва меня навестили Патрик и Гвен, затем ребята из тату-салона, и все приносили что-то с собой, так что угол палаты оказался вскоре заставлен. А вечером, когда время посещения кончилось, несмотря на строгий запрет врача ко мне прорвались несколько гонщиков – Тревор, Саймон и Генри, только что с тренировки. Как ни странно, им я была рада больше всего, ведь они напомнили мне о Гранж Пул Драйв, по которому я, оказывается, так скучала. От мужчин пахло потом и бензином, но это не доставило мне неудобства, а даже понравилось.

— Мне тоже однажды лицо обожгло открытым огнем, – задорно рассказывал Саймон, присаживаясь на край больничной кровати. – Ничего страшного, видишь? Все равно я красавец, все зажило.