Книга Тьма по соседству, страница 271 – Марьяна Куприянова

Разве он ее не предупреждал? Разве того, что случилось с Александром, было недостаточно?

Лучше бы она пострадала! Ведь она все устроила, почему не наказать ее? Почему должен пострадать Олег, ни в чем не виновный и даже не подозревавший, на что идет? Теперь он в реанимации, а Фаина презирает себя за эгоизм и желание рискнуть. Даже хуже: она проигнорировала последствия, о которых Ян неоднократно предупреждал, а именно – уничтожение конкурентов, потому что никто из смертных не достоин касаться ее.

Проклятье!

Бездействие Яна и его исчезновение притупили осторожность и ввели в заблуждение. Стоило наступить затишью, и хотелось верить, что так все и будет дальше, а прошедшее станет крупица за крупицей выветриваться из памяти, терять свою весомость и приобретать все более зыбкие границы, пока наконец не станет столь расплывчатым, что однажды ты спросишь себя: «А было ли это на самом деле или я убедил себя, что это было? А верно ли я все понимал?»

Ян хоть и отступал, но не позволял забыться надолго. Да, он пропал, но это еще ничего не значило – он все равно нанес удар в самый неожиданный момент. Он будто бы говорил Фаине: «Ты заигралась, приди в себя; это – не твоя реальность, я – твоя единственная реальность».

И до сих пор что-то звенело в ушах, не позволяя нормально думать. Несработавшие тормоза?.. Еще полчаса Фаина просидела в отделении реанимации, наблюдая, как на улице стемнело, а затем поднялась и вышла.

«Прости, что подставила, Олег. Надеюсь, ты выживешь, иначе я себе этого не прощу. Только я во всем виновата – чувствовала же, что так будет, но интуиции в этот раз решила не доверять. Старалась верить в лучшее, в свой потенциал противостоять злу. Неистребимая сила, которая всегда выигрывает, ибо воля человеческая слаба.

Прости, Олег.

Это не твоя битва, ты даже не знал о ней, а я использовала тебя в качестве щита. Омерзительно быть человеком. Так или иначе, а другим вредишь, даже если всю сознательную жизнь стараешься оградить себя от общества. Или общество – от себя».

Фаина не плакала, лишь молча ненавидела себя за слабости и глупую попытку пожить как все девушки – с мужским вниманием, флиртом, отношениями, свиданиями – всем тем, чего была практически лишена в течение юности, всем тем, что, как всегда казалось, создано не для нее. И без чего она вполне обходилась.

Пока не появился Ян.

Из-за Фаины пострадали люди. Из-за Фаины или из-за того, что Ян выбрал ее своей целью? Избранной, как он сам предпочитает называть. Зачем брать на себя вину за чужие прихоти и последствия? За сердечный приступ Александра. За аварию с Олегом. За проблемы со здоровьем у всех в блоке. За Милу, которая пыталась покончить с собой.

Не будь Яна, ничего этого не было бы. Зачем он появился здесь? Откуда он взялся? Когда исчезнет навсегда? И если он действительно то, чем кажется, что могло заставить его посетить мир людей? И почему Фаине совсем не хочется, чтобы он исчез? Откуда это сильное притяжение, желание вновь и вновь возвращаться к нему, что бы он ни натворил с ее жизнью? Желание быть цикличной и все время приходить в исходную позицию, как катушка йо-йо.

Неужели она в него… неужели такое возможно…

Час спустя Фаина выпивала на кухне, рукавом вытирая обильные слезы жалости к Олегу и отвращения к себе. Немного времени прошло (Фаина не успела опьянеть, а пила она кофейный ликер из пластикового стакана), как в гнетущей тишине вымершего блока услышала звук приехавшего на этаж лифта, а следом – твердые, уверенные шаги.