Книга Тьма по соседству, страница 259 – Марьяна Куприянова

— Я теряюсь, когда слышу подобное.

— Неужели тебе такого раньше не говорили?

Фаина попыталась вспомнить, чуть откинув голову назад, и замолчала более чем на минуту, что само по себе было красноречивым ответом. Она честно пыталась вспомнить, но из недр памяти, хранившей столько воспоминаний, так и не выпало подходящего отрывка жизни, в котором она получала бы столько мужского внимания, как сегодня вечером.

— Непривычно, – наконец ответила она.

— Понял. Давай пройдемся, не хочу, чтобы тебе было некомфортно. Когда движешься, больше походишь на других и меньше привлекаешь внимания.

— Отличная мысль.

— Не забывай также, что ты в маске. Никто не видит твое настоящее лицо. В этом свои преимущества. Почти как капюшон, только более элегантно. Можешь представить себя грабителем в музее, если поможет.

Но вместо этого Фаина вспомнила, как представляла грабителем Яна – во время того, как он вскрывал ее захлопнувшуюся дверь, помогая вернуться в комнату, а она стояла рядом в его халате и нелепо улыбалась, подозревая, что все это ей снится.

Когда это было, вечность назад?

Девушка коротко усмехнулась, и Олег подумал, что это реакция на его шутки, часть из которых Фаина даже не слышала за гулом маховика собственных воспоминаний. Он повел девушку по залу, следуя хаотичной траектории, не имеющей пункта назначения, и они стали частью большого броуновского движения.

Фаина осушила еще бокал, с каждым глотком ее наполняла пузырчатая легкость. Где же сейчас ее Ян? И почему все сильнее хочется, чтобы он принадлежал только ей?

Олег разговаривал с нею, как разговаривают с человеком на грани потери сознания, чтобы он не отключился, не уснул, оставался здесь. Перманентно привлекая ее внимание, молодой человек не позволял себе прикасаться к ней и нарушать личное пространство. Неким магическим образом он вел ее сквозь людской рой, не позволяя и другим слишком приближаться к девушке, за что она была ему отчаянно благодарна. И как он понял, что она именно из таких?.. Будто по глазам читал все, что может причинить ей неудобства, и предпринимал меры.

— Как тебе спектакль?

— Я под впечатлением. Как под прессом.

— Да… думаю, как и многие тут. О чем он был, как ты думаешь?

— Я думаю об этом даже слишком многое. Всего не описать.

— Попробуй подвести выводы. Как в курсовой работе в конце раздела.

— О том, что зло неистребимо, непобедимо и циклично, – разговорилась Фаина. В движении да с тремя бокалами внутри она ощутила прилив раскованности. – А еще о том, что любую душу можно довести до падения на самый низ. До омерзительной беспомощности и бессилия что-либо изменить. Зло вездесуще. Оно всегда будет сопровождать людские жизни. Это не испытание и не наказание. Оно просто есть. И всегда рядом. В ожидании, пока мы проявим слабость или оступимся.

— Ты интересная девушка, Фаина. Я это сразу понял. Что ж, ты вполне сформулировала и мои личные мысли. Вот только мне кажется, смыслов у этого сюжета еще больше, чем мы можем пока уловить. Талантливая постановка. На грани. Создатель посвятил ее девушке, которая его вдохновила. И я не могу отделаться от ощущения, что в сюжете скрыто послание, адресованное ей. Ой, извините, пожалуйста, – обратился Олег к женщине, которую задел плечом. На ней было песочное платье в пол и красивая жемчужная маска, отчего-то напомнившая Фаине паука со множеством белесых глазок. – Так вот, интересно было бы эту девушку увидеть и поговорить с нею, понимаешь? Я о множественности рецепций художественного произведения говорю. А какой был смысл для нее? Что самое главное она выделила для себя? И так далее. По словам Кирилла я понял, что на спектакле она присутствовала. Получается, она знакома с ними обоими.