Книга Забег на невидимые дистанции. Том 2, страница 91 – Марьяна Куприянова

Держась за раковину, она смотрела себе в глаза и думала: если сегодня он полезет к ней, она даст отпор. Не побоится последствий, плюнет на родственные связи и как-нибудь найдет способ дать сдачи. Но в глубине души она надеялась, что этого не случится. Что все обойдется, потому что раны едва зажили, и с нее достаточно.

Скорее бы попасть в школу. Закинуться чем-нибудь, все равно чем, и отсидеть все уроки там, где точно нет и не будет отца. Выпускной класс. Немного осталось потерпеть, а потом она просто уедет и никогда его больше не увидит. Будущее не страшит того, кто привык к ужасному настоящему. Привык к побоям и скандалам, привык замазывать синяки и вести себя как ни в чем не бывало. Будто эта жизнь ее устраивает.

Нельзя распускать нюни у всех на глазах, даже если все из рук вон плохо. Нельзя демонстрировать слабость в социуме. Слабая и несчастная Меган никому не будет нужна, а ее проблемы не захочет решать ни один обожатель.

Все привыкли, что капитан команды поддержки – стойкая, наглая, обжигающая красотка, равных которой нет во всем Мидлбери. Такую Меган боготворят поклонники, а девушки ненавидят из зависти, такой Меган бесплатно дают наркоту, подвозят на машине, куда она скажет, и посвящают победы в баскетбольных матчах. Пусть так будет и впредь.

Что бы ни случилось, до конца учебы ей нельзя терять статус.

Она медленно выдвинула щеколду, стараясь действовать тихо, открыла дверь и на цыпочках вышла из ванной. Храп отца сотрясал дом, и, возблагодарив бога, Меган быстро пробралась в комнату, чтобы одеться.

В любом состоянии, в любом настроении, при любых обстоятельствах она думала о том, как выглядит, и помнила, что выглядеть должна блестяще. В первую очередь должна это самой себе. Внешность, данная ей, была единственным козырем, источником власти и всех ее жизненных благ, а может, и ключом к будущему. Без этой мордашки и этого тела ей пришлось бы совсем туго в тех условиях, куда ее забросила жизнь.

В комнате она первым делом заперлась и прислушалась – уровень громкости храпа остался прежним, интервал не изменился. Затем достала из шкафа подготовленную с вечера одежду и облачилась в нее перед зеркалом, рассматривая себя со всех ракурсов и пробуя разные позы.

Кожаные шорты-юбка до середины бедра, с высокой посадкой и застежками-стразами, имитирующими алмазы, выгодно подчеркивали длину и стройность ног. Ни у кого во всем Мидлбери таких нет. Облегающий белый топик на тонких бретельках, а поверх него – укороченный плюшевый свитер бледно-лилового цвета с массивными рукавами и треугольным горлом. Самая мягкая вещь, которая у нее есть, к тому же подходит к цвету кожи и волос.

Меган надела на пальцы несколько колец, а на шее застегнула необычные бусы из стеклянных «мармеладных» мишек на цепочке. Тщательно расчесала и уложила длинные черные волосы, от природы идеально прямые.

На выходе ее дожидались высокие шнурованные ботфорты и сумка, завершающие образ, но она не решалась покинуть комнату, ощущая, как тошнотой подкатывает к горлу паническая атака. Но нельзя пропустить автобус, и нужно выдвигаться прямо сейчас.

У входной двери, нагнувшись, чтобы обуться, и заправив волосы за уши, она поняла, почему ей стало необъяснимо жутко несколько минут назад. Храп прекратился, но она только сейчас осознала это. Тишина давила на уши и продлилась недолго.