Книга Забег на невидимые дистанции. Том 2, страница 318 – Марьяна Куприянова

— Заткнись. Заткнись.

— Это не делает тебя плохим братом. Ты не первый и не последний, кому не хочется возиться с надоедливыми мелкими. Все через это проходят. И в тот вечер все сделали свой выбор, не предполагая, какие могут быть последствия. В том числе я… Ты не единственный, кто винит себя за неправильный шаг в прошлом. Когда мне было тринадцать, мой друг умер у меня на глазах из-за моего бездействия. Я всю жизнь живу под этим гнетом, ненавижу и презираю себя за малодушие и слабость, не доверяю людям, не позволяю себе никому открыться. Я не могу так больше. Я столько зла и боли натворил, потому что не выношу собственной натуры, и от ненависти к себе начинал ненавидеть и отталкивать окружающих. Даже тех, которые мне нравились.

— Чего ты ждешь от меня? Ты мог спасти Нону, а теперь я должен тебе сочувствовать? Хрена с два, Сет Ридли. Ты получишь то, что заслуживаешь.

— Это еще не все. Я… похоже, я все эти годы работал на человека, который украл твою сестру. И продал на органы.

Нина подумала, что ослышалась, и медленно выглянула из укрытия половиной лица с отвисшей челюстью. Она увидела, что Сет плачет. Несколько ниточек воды блестели на небритых щеках, а лицо было искажено. Никогда еще он не выглядел таким уязвимым и таким сильным одновременно. Он ее не заметил, сосредоточившись на реакции собеседника.

— Пожалуйста, прости меня. Прости или убей на месте, потому что сам я никогда не прощу себя за то, что не вмешался. И позволил всему этому произойти, позволил вырасти капкану, в который позже сам угодил. Но я ничего этого не знал! Я был просто мальчиком, который обижен на отца и ничего не хочет. Откуда я мог догадываться о последствиях?

Судя по срывающемуся голосу, у Сета случился нервный срыв или что-то вроде того.

— Что значит – работал на него? – Пистолет в руках Флинна выписывал восьмерки в воздухе, хоть он и удерживал его двумя руками. – О чем ты вообще говоришь? Какие, на хуй, капканы? Я ни слова не понимаю.

Даже стоя на четвереньках, Нина ощутила слабость в коленях. Она посмотрела на Клиффорда и ужаснулась тому, во что превратилось его ангельское лицо. Маска злобы и шока исказила его до неузнаваемости. Похоже, он тоже впервые обо всем этом слышал. И не испытывал радости от того, что Сет решил скрыть это, особенно при обсуждении плана действий.

— Послушай, Йен. Я подозреваю, тот мужчина, что похитил Нону, и есть нынешний глава наркоторговли в округе. На тот момент он был на грани разорения, его чуть не убили за долги. У меня нет точной информации, мы все лишь предполагаем, что кто-то предложил ему такой выход, а он согласился. И сделал то, что сделал. Чтобы спасти себя. Так вышло, что через много лет я стал работать на этого человека. Распространять наркотики. И не только…

— Полиция в курсе? – Флинн трясся от гнева, с трудом сохраняя остатки самообладания. Одной рукой он целился, а другой бил себе по уху раскрытой ладонью, скалился и встряхивал головой, будто хотел, чтобы услышанное высыпалось оттуда отдельными буквами, которые никогда не сложатся в эти страшные слова.

— Ты первый, кому я рассказал свою теорию. Если не убьешь нас с Клиффордом, мы поможем восстановить правосудие. По-настоящему.

— Мне не нужны копы, которые за тринадцать лет ничего не добились. Я и есть правосудие. Знаешь, как это работает? Око за око.