Книга Забег на невидимые дистанции. Том 2, страница 301 – Марьяна Куприянова

Если шагнуть в дыру, наверняка окажешься в подземных коммуникациях, разбитых под брошенным парком. Чтобы выйти, нужно будет на ощупь найти трубу и идти вдоль нее. Или провода, которые должны быть обесточены. Вот бы у отца спросить. Он точно знает, что делать в такой ситуации. Но пришлось мысленно обращаться за советом ко всем боевикам, которые она смотрела с Отто.

Нина положила голову на стол, широко распахнув глаза, чтобы не уснуть. До прибытия Йена еще дохренища времени. А что, если попробовать вздремнуть всего пару часов? В таком неудобном положении вряд ли получится дольше. Тело само разбудит ее. Нужны хоть какие-то силы, чтобы выиграть битву за ключи от машины, верно?

Нет, если она продолжит тут сидеть, она точно отключится. Может, хотя бы холод снаружи взбодрит ее? Дженовезе решительно поднялась и без жалости шлепнула себя по щеке, но глаза слипались по-прежнему, а в голове расстилался туман. Надо идти. Сонный мозг – сплошная ловушка.

Но на самом деле ловушкой оказалось погруженное в кромешный мрак подземелье. Найти трубы или провода было попросту невозможно. Света из туалета, проникающего сквозь выдолбленное в стене отверстие, хватало буквально на пару ярдов, а дальше безликая плотная тьма сжирала его, резко обрывая, как горизонт событий черной дыры.

Нина никогда не боялась темноты, но несколько раз была на грани того, чтобы бросить план и вернуться назад, в тепло и безопасность. Правда, попытку побега от Йена не удастся скрыть, и ему придется переселить ее в другое место, усилив меры, что исключает рецидив, а значит, и освобождение.

Вечность она продвигалась маленькими шажками в черном тумане без самого нужного ингредиента – долбаных фотонов. Ощупывала все вокруг, пугаясь и отсутствию предметов, и еще более – их резкому появлению по курсу движения. Без света невозможно было определить, что конкретно ее окружает, но это был единственный способ ориентации в пространстве, без которого начинало казаться, что тонешь на месте, и руками ухватиться не за что, да и тела у тебя как будто больше нет, растворилось.

Нина закрыла глаза и не заметила никакой разницы. Она решила довериться другим чувствам – слуху, обонянию, осязанию. Теперь она брела вперед, ориентируясь на запахи, дуновение сквозняка и писк крыс. Судя по всему, поверхность находилась недалеко, но отсутствие фонарика превратило побег в пытку, стерев восприятие и времени, и пространства. Вот что такое бесконечность – то, с чем наши органы чувств просто не могут справиться, а потому придают ему безграничные размеры и длительность.

Минуты исчезли, дистанция перестала иметь значение.

Было ли это одно большое помещение, сеть помещений или вообще тоннель, она не могла сказать. Иногда ей казалось, что руки испачканы в чем-то сыром и склизком, а потом обнаруживала их сухими и старалась не думать об этом.

По личным ощущениям она уже так долго находилась под землей, что каждый миг ждала услышать голос Йена и поймать на себе свет фонарика. Сколько она прошла? Достаточно ли далеко? А вдруг он, воодушевленный вчерашним, приедет раньше, чтобы провести с ней больше времени? Не обнаружив на месте, сунется ли следом или пойдет в обход, чтобы ждать на выходе отсюда?

А вдруг он разозлится настолько, что на этот раз придушит по-настоящему? Тело начало дрожать, а зуб на зуб не попадал – то ли от холода, то ли от страха, зато сон отступил. Да где же чертов выход? Есть ли он тут вообще?