Онлайн книга «Забег на невидимые дистанции. Том 2»
|
Ладно, решилась Нина, и после длинного выдоха принялась монотонно бить ногой в трещину, отвлекая себя мыслями о Йене. Узнав его историю и оказавшись в ней главным действующим лицом, Нина многое переосмыслила. Будто смотрела на падающий к Земле огромный метеорит, который не несет ничего, кроме смерти, но приземлится еще не скоро, и остается только наблюдать. Почему-то после сегодняшнего разговора девушка чувствовала ответственность за судьбу Йена. За ту ее часть, что уже случилась, как и за ту, что лишь предстоит. Она должна что-то сделать. Но совершенно не знает, что. Она хочет ему помочь, но он безумен. Никакая помощь его не исцелит. Возможно, даже появление живой и здоровой сестры не вернет парня к прежнему состоянию. Все это ужасно несправедливо, а хуже всего ощущать себя бессильной на что-то повлиять. В любую несправедливость, случавшуюся на ее глазах, Дженовезе непременно вмешивалась даже себе в ущерб. Ларс пытался образумить ее, убедив, что всем не помочь, но это сидело глубоко в ее характере. А теперь она впервые не может сделать абсолютно ничего. Она бесполезна. Ее ум бесполезен. Накопленные знания ничем не помогут ей в сложившейся ситуации. Сколько бы умных книжек она ни прочла, а в прошлое не вернуться. Оказывается, здесь внизу помимо высокой физики, исследований и открытий была еще одна жизнь, обычная человеческая жизнь, в которой Нина пребывала каждый день, но которой в полной мере не замечала, как люди не замечают, что дышат и моргают. И в этой жизни постоянно происходило какое-нибудь горе, от которого нет спасения. Об этом она тоже не думала всерьез, полагая, что все процессы, включая страдания, можно объяснить движением материи на уровне малых энергий. Все, о чем они с Отто говорили эти годы, все спорные темы, которые они обсуждали, которые их волновали, можно смело применить к судьбе Флинна, только в этом нет никакого смысла. Наука бессильна перед горем, обыкновенным человеческим горем, и никакие исследования не в состоянии побороть зло: остановить похищение детей, испепелить мерзкие мысли в умах неполноценных, ослабить жажду мести, предотвратить убийства и прочее насилие… Провалившись в гнетущие мысли, Нина так разозлилась, что не заметила, как стала бить не стену, а унитаз, стоящий на пути к свободе. Основательно расшатав керамический монолит и отколов от него несколько кусков, девушка напряглась и вырвала его из гнезда (вода из трубчатого колена хлынула под ноги). Замахнувшись, Нина обрушила белый снаряд о стену. Вмятина углубилась, расширилась, в центре ее показалось первое сквозное отверстие. За ним простиралась тьма, в которую нечем было даже посветить. Толщина стены составляла дюйма два, и Нину посетила первая тревожная мысль: а что, если помещение за ней тупиковое, и наружу оттуда не выбраться? Значит, снесу и следующую стену, хоть десять. Но я выйду отсюда, мать вашу. Отпихнув ногами куски битой керамики, девушка принялась расшатывать и отдирать куски бетона вместе с прослойкой гипсокартона, бросая в лужу под ногами. Дело шло хорошо, но пальцы уже кровили, а от ногтей почти ничего не осталось. Отверстие разрослось достаточно, чтобы пролезть в него, с чем Нина решила повременить. Сначала она вымыла руки и лицо, отдохнула и оделась теплее. Сев за стол, поняла, как ужасно ей хочется спать. Как будто ломала стену сутки без перерыва. Сейчас уходить смысла нет, нужно еще немного продержаться. Еще немного, пока в окошке отчетливо не посветлеет… |