Книга Забег на невидимые дистанции. Том 2, страница 145 – Марьяна Куприянова

— Ну, что ты? Соскучилась?

Бродяга внимательно изучала ее крупными янтарно-желтыми глазами. Понятно, почему она спит именно тут. Подушки пахнут владельцем комнаты. Как-то особенно, по-домашнему уютно они впитали и сохранили его запахи. Кожи и волос, лосьона после бритья. Всего, что Клиффорд, используя рабочий сленг, назвал бы «потожировыми».

Нина легла на спину и обеими руками прижала к лицу вторую подушку, глубоко затянулась, зажмурилась. Так пахнет зона комфорта, это факт. Что она делает здесь и почему Сет Ридли больше не кажется ей посторонним? Скрытный парень с кучей скелетов в шкафу.

Кстати, о них.

Вспыхнула безумная идея включить компьютер и найти подтверждения тому, что он и Icebreaker – один и тот же человек. Но на такую наглость Нина не решилась, несмотря на зашкаливающее любопытство и возможность провернуть все без свидетелей. Придется оставить эту тайну времени, которое вскрывает любые секреты. Допустим, они с Сетом действительно какое-то время переписывались. Что из этого следует? В сущности, ничего. Кроме вопроса: зачем ему это?

— Я верну тебе твоего человека, Бродяга. – Нина поднялась. – Я должна попробовать.

Кошка согласно мяукнула и положила голову на пушистые лапы, снова задремывая.

Возвратившись на кухню после достаточной паузы, Нина обнаружила Рамона и миссис Ридли на прежнем месте, но теперь в комнате горела только оранжевая лампа, висящая низко над столом, а прямо под нею склонились над альбомом две головы. Женщина водила пальцем по снимкам и тихо рассказывала что-то, а рука Веласкеса лежала на спинке ее стула. Таким образом он практически обнимал ее со спины и в любой момент мог случайно прикоснуться. Вот наглец! Своего не упустит.

Миссис Ридли вскинула голову, реагируя на звук шагов.

— Долго же тебя не было. Мы заскучали, я даже фотографии достала. Садись, посмотри с нами.

— Мы с Бродягой заболтались, – отшутилась Нина.

— Так это кошка или кто? – Рамон изменился в лице, а женщина только улыбнулась.

Не удостоив ответом, Нина села с другой стороны от нее и первым делом сбросила руку Веласкеса со стула посередине. Он посмотрел вопросительно, она в ответ – грозно. Неужели миссис Ридли ничего не замечает? Или не воспринимает всерьез…

— Надеюсь, я не пропустила ничего интересного, – двусмысленно произнесла Нина, глядя на парня. – Мы с Рамоном скоро уходим.

— Нина, что же ты конфеты совсем не ешь?

— Не люблю сладкое. Переела. Моя мама кондитер.

— Правда? А Сет такой сладкоежка, сил нет. Умял бы такую коробку один за полчаса и даже не заметил.

— По нему не скажешь, – недовольно заметил Веласкес.

— Знаю! Бешеный метаболизм. Это у него от отца. Вот, кстати, и он.

Нина взглянула на Ридли-старшего, и ей все сразу стало ясно. Крупный высокий шатен весьма привлекательной наружности многое передал сыну по генетическому наследству, особенно губы и брови. Слава богу, Веласкес не стал задавать вопросов. Приревновал, что ли?

— Сет очень спортивный мальчик, всегда таким был. Смотрите, вот как раз будут фотографии, когда ему было тринадцать. Он тогда занимался хоккеем…

Гости переглянулись и подались вперед, оба по-своему заинтересованные в прошлом Сета, которому в альбоме выделили целый разворот. Квадратные пожелтевшие снимки – два крупных слева и три небольших справа – были вставлены в бумажные уголки поверх крафтовой бумаги, а на самих листах стояли отпечатки детских ладоней, явно сделанные вручную при помощи краски.