Книга Забег на невидимые дистанции. Том 2, страница 139 – Марьяна Куприянова

— Тридцать семь секунд. Отлично, Дженовезе, но не гордись особо, помни, что это новичок.

Рамон с трудом вдохнул – из грудной клетки выбили весь воздух, словно таранным бревном, и откинули на несколько ярдов, заставив проехаться на лопатках по шелестящей поверхности мата. Хорошо, что его размеры предназначены для подобных исходов.

— Цел? – над головой возникло перевернутое лицо тренера.

— Ага.

— Помогите ему подняться. Следующая пара…

Но Веласкес встал на ноги сам, отказавшись от помощи, и тихонько сел на скамейку поодаль от места позора. В ушах до сих пор звенело.

Чем она его так? Уж не ногой ли? С ударом Сета все равно не сравнить, хотя оба оказались непредсказуемо сильны. Ридли бьет так, будто сбивает поезд, а Нина – автобус или трамвай на средней скорости.

Но как? В ней веса сколько? Откуда все это? Разве не противоречит каким-нибудь законам про массу и энергию? Или это все потому, что Рамон довольно худой? Так ведь и Нина небольшая совсем, и ростом, и весом. Хотя, возможно, под одеждой она может быть жилистой и мускулистой – на это он никогда не обращал внимания, обманываясь общим впечатлением и безобидным личиком.

Он попытался отыскать ее глазами и сразу же нашел. Девушка стояла подле тренера, руки в боки, и внимательно следила за ходом поединка, не выказывая ни малейшего интереса к поверженному и униженному врагу. Вот тут-то Веласкес впервые улыбнулся, глядя на нее. Не улыбнулся даже, а ухмыльнулся и не стал себя одергивать. Все равно на него уже никто не смотрел. Мало ли тут бывает падений? Текущие поединки интересовали всех гораздо больше, чем оскорбленное эго новичка.

До конца занятия он пробовал бороться еще с парочкой парней, но те были более предсказуемы (и доброжелательны), и в целом все прошло неплохо. С Ниной он больше не разговаривал – просто не знал, что сказать, а она и не требовала внимания. Ей, кажется, было все равно. И это ударило по нему сильнее, чем проигрыш.

Однако сердце требовало ответного действия, и для противовеса Рамон поплелся следом за Дженовезе после тренировки. Решение казалось таким логичным, будто иначе и быть не могло. Наверное, все парни мира начинают преследовать девчонку, которая вышибла из них все дерьмо, прищемив самолюбие, иначе как еще объяснить происходящее? Последовать за нею было самым естественным, что можно предпринять в сложившейся ситуации. Ради чего? Он не знал. Возможно, поговорить, а может, узнать слабые места и в следующий раз быть более готовым.

Безразличие Нины к его поражению уничтожало всякую обиду – Рамон даже не чувствовал себя уязвленным, что странно. Ему, наоборот, было весело, как перед прыжком с парашютом. Несколько минут спустя он перестал скрываться и держать дистанцию, ему хотелось получить какую-то реакцию на свое присутствие.

— Думаешь, я тебя сразу не заметила? – остановилась Нина, и только затем повернулась к нему всем телом. – С твоим прикидом можно не мечтать о конспирации.

Она осмотрела его с ног до головы. Хренов модник! Никто в школе (а может, и во всем Мидлбери) так не одевается, и это одна из раздражающих вещей во всей его бесячей натуре. Специально он, что ли, выглядит и ведет себя так, чтобы действовать на нервы как можно большему количеству людей? Даже одежду специально для этого подбирает.