Книга Забег на невидимые дистанции. Том 2, страница 103 – Марьяна Куприянова

Помедлив, Ридли распахнул глаза, и взгляд из вязкой сумрачной смолы вонзился в собеседницу. Зрачок неотделим от радужки. Нахмурившись, парень едва разлепил плоские губы, чтобы ответить, как послышался шум. Кто-то отворял дверь, и девчонка полуобернулась, все еще стискивая плащ, словно приклеилась к нему.

— Ну и ну, – запричитала уборщица, заметив их, – среди бела дня! Совести у вас нет. Нашли где уединиться! Хоть бы закрылись изнутри…

Дженовезе отпустила Сета и отошла на два шага, а он машинально поправил на себе одежду, слишком поздно сознавая, как глупо выглядит со стороны. Будто между ними действительно что-то было. В глубине души он радовался, что их прервали. Он был на грани от того, чтобы схватить ее подбородок и кое-что прошептать.

— Он должен мне денег, мы обсуждали сроки и проценты, – бросила Нина таким жестким тоном, что даже Сет на секунду поверил и стал вспоминать, когда она ему занимала. Прежде чем выйти, Нина обернулась к нему еще раз и пригрозила указательным пальцем.

— Ты пожалеешь, что отказался от помощи. На твоем месте было бы разумнее принять ее. Если не вернешь долг семнадцатого сентября, в школу лучше не приходи – тебе конец.

Она выговорила это с таким неотвратимым убеждением, с таким упрямством буравила его глазами исподлобья, будто на что-то намекала и настаивала, чтобы ее поняли правильно. Что она имела в виду? Почему назвала эту дату? Во что она пытается его втянуть?

Пока Сет Ридли приходил в себя, Дженовезе и след простыл, а пожилая женщина (видимо, принявшая сторону девчонки) принялась хулить его как последнего преступника и выгонять из подсобки, размахивая грязной тряпкой. Как будто это он домогался девочки, а не наоборот. Уворачиваясь, Ридли пробрался к выходу и сквозь зубы посоветовал ей закрыть рот, чем полностью обескуражил. Наконец-то к нему возвращалось самообладание.

Нины снаружи, конечно, уже не было. Видел бы эту сцену Лоуренс, мать твою, Клиффорд! Эта мысль вызвала кривую ухмылку, и самодовольство успокаивающим бальзамом разлилось в груди.

Сет Ридли не до конца разобрался, почему начал отталкивать Нину с таким остервенением.

То ли пытался отсрочить пугающий момент вскрытия тайны, что он и Icebreaker – на самом деле один человек; то ли в глубине души обижался на Нину за этого ее красавчика-офицера, точеного мраморного полубога, с которым она близка, а с Сетом нет; то ли чтобы обезопасить ее таким образом от организации, создать впечатление, что Дженовезе бессмысленно впутывать в шантаж, ведь Сету она никто.

Что из пунктов было на первом месте, а что на последнем, он не мог определить, но и остановить процесс отторжения тоже не мог. А если пытался, получалось ровно наоборот. Он снова закупоривался в своей раковине, чтобы никому не навредить. Слишком коварный след тянулся за ним из прошлого и никак не высыхал, едкий и скользкий, как от ядовитого слизняка.

Ставить Нину под угрозу из-за собственных проблем не хотелось даже при наличии Клиффорда. Сколько бы власти и самоотверженности не было сосредоточено в руках этого человека, как бы ни стремился он защитить подопечную, для организации он всего лишь насекомое. Можно взять в руку и перебить хребет большим пальцем, словно трухлявую ветку. Нет, офицер полиции, тем более такой молодой, не защитит ее от этих людей. От них ничто не защитит. Кроме умелого блефа – или полного подчинения.