Книга Забег на невидимые дистанции. Том 1, страница 307 – Марьяна Куприянова

Несколько раз Ханна оборачивалась на Ридли, потому что не оборачиваться, зная, что он находится за спиной, было выше ее сил. Но ловила на себе только быстрые взгляды тех, кто стал свидетелем ее маленького позора. Впрочем, в этих взглядах было больше сочувствия и любопытства, чем презрения. Хороший знак.

Ридли не смотрел в ее сторону. Он вообще ни на кого не смотрел. Ел и копался в мобильнике без тени эмоции на бледном, грубо заточенном лице, заткнув уши гарнитурой. Как будто пытался отгородиться от всех, не видеть и не слышать, насколько это вообще возможно в его положении.

Ханна прокляла себя за столь раннее решение вторгнуться в личное пространство настолько замкнутого в себе человека. Скоропостижность неуместна, особенно с теми, чья зона комфорта – одиночество.

Установить с ним контакт будет тяжелее, чем с любым парнем, которого она встречала до сих пор. Но тем слаще победа, чем тяжелее дается. Какой-нибудь случай подвернется обязательно. Надо просто иметь терпение и быть начеку. Ну, и держаться где-нибудь поблизости. Пусть потихоньку привыкает к ее присутствию. В будущем пригодится.

* * *

Продолжая держать удобную дистанцию, Сет Ридли изучал местные нравы, как будто это могло ему пригодиться. Новая школа действительно не слишком отличалась от предыдущей. Не только архитектурой, но и содержанием.

Жизнь и взаимоотношения старшеклассников раскрывались перед ним тем яснее, чем больше проходило дней и чем меньше внимания на него обращали. Хотя держаться в тени первое время не представлялось возможным.

Он был единственным предметом разговоров в течение как минимум двух недель. Все на него смотрели и все хотели с ним познакомиться. А некоторые даже предпринимали попытки, вроде той кучерявой блондинки.

Если бы они только знали, как это раздражает, до какого внутреннего состояния доводят их попытки с ним заговорить и подружиться, они бы навсегда оставили это, опасаясь за сохранность своих костей. Но они не знали, что ходят по тонкому льду, и, если им повезет, так и не узнают этого.

Настойчивость и любопытство, сочащиеся из каждой щели, начинали клинить. Чтобы не слышать шума человеческого муравейника, от которого Сету становилось нехорошо, и казалось, что верхняя часть головы над ушами просто отъезжает в сторону, будто срезанная мечом Хаттори Ханзо^[29], он стал прогуливать некоторые уроки. И, хвала небесам, пока что никто не допытывался о причинах.

Любому ажиотажу рано или поздно наступает конец. Сет ждал этого момента, ничего не предпринимая, чтобы заново подогреть к себе интерес. Но, кажется, для этого ему даже не нужно было присутствовать на занятиях. Этим ребятам требуется какая-нибудь серьезная встряска, чтобы они наконец отвернулись от него и посмотрели в другую сторону. Поговорили о чем-нибудь постороннем.

В столовой кормили сносно, в школу и со школы возил автобус, учителя были довольно тактичными и не дергали без причины. Их не хотелось обижать. Что касается учеников… Сет заметил, что открытых конфронтаций между «кастами» не было, они просто предпочитали игнорировать существование друг друга. Никаких текущих конфликтов, кажется, не развивалось, а если такие и были, все о них начисто забыли с появлением нового человека в скучных и похожих друг на друга учебных буднях.