Книга Я переиграю тебя. Реванш, страница 228 – Тори Майрон

— Спасибо, что ты наконец все рассказал мне, – неожиданно для самой себя благодарю брата, зарабатывая в ответ его тихий выдох облегчения.

— Спасибо, что так спокойно отреагировала и даже не врезала мне от злости.

— Я слышу в твоем тоне удивление.

— И не без причины, Кара, – легкая улыбка касается его губ и глаз. – Ты удивляешь меня. И не только сейчас своим спокойствием и пониманием, но и в общем.

— Что ты имеешь в виду?

— Я думал, в сложившейся ситуации ты, как всегда, будешь суетиться, психовать, устраивать истерики, лишь бы отправиться самой на поиски Димы. А ты сидишь спокойно в комнате и просто ждешь, не предпринимая никаких действий и не тревожа Влада.

Устало усмехаюсь и снова потираю пальцами грудь, но оставляю Дена без ответа, так как раздается дверной стук. Я с тяжестью вздыхаю, не желая никого видеть, и брат считывает это по моему лицу.

— Что надо? – спрашивает громко он вместо меня.

— Денис, господин Гордеев вернулся. Он приказал вам зайти к нему в комнату.

— Влад вернулся! – выдыхаю я в неверии.

Он обещал мне позвонить, как только что-то выяснит, но так и не сделал этого. Почему?!

Спокойствие, о котором только что упомянул Ден, молниеносно исчезает. Все тело начинает вибрировать от страха, ступни начинают гореть, вынуждая меня резко сорваться с места и полететь к двери.

— Кара, подожди. Влад позвал меня, а не тебя, – кричит мне брат в спину, но мне плевать. Я не останусь в своей спальне, в неведении. Я должна поговорить с ним и узнать, что он узнал о Диме.

Открываю дверь, миную прислугу и лечу в западное крыло дома, где находится спальня Влада, в которой почти никогда не бывала. Не было поводов и желания, а сейчас каждая молекула тела тащит меня в нужном направлении и не тормозит, даже когда я достигаю цели.

Врываюсь в спальню главы семьи без стука, предсказуемо нарываясь на его донельзя сердитый взгляд.

— Вы с Денисом, что ли, сговорились? – устало цедит Влад. – Немедленно вышла отсюда. Я тебя не звал и не разрешал войти.

Все мое бунтарное нутро по привычке норовит громогласно высказать Владу, что плевать я хотела на его приказы и запреты, однако язык спотыкается на первом же слоге и сдает на попятную, стоит мне спустись взгляд ниже и осознать, что Влад успел снять с себя пиджак с рубашкой. И это позволяет мне заметить огромные, сине-фиолетовые гематомы на торсе брата, которые сильнее всего покрывают область ребер.

Боже!

И ведь точно такие же или еще хуже он зарабатывал каждый раз, когда, будучи мальчиком, защищал меня от папы– это мысль, подобно пуле, простреливает череп насквозь, и я оставляю все агрессивные фразы при себе. Лишь справляюсь с наплывом слез и перевожу взгляд на лицо брата. Оно бледное и покрыто испариной. У него определенно температура, а ожоги на руках выглядят удручающе, однако Влад как будто не испытывает дискомфорта. Продолжает сверлить меня негодующим взглядом, только теперь еще и с четким налетом непонимания.

Почему я молчу?

Почему стою без движения?

Почему не кричу и не требую у него объяснений?

Мы стоим в полном молчании от силы несколько секунд, но для меня они кажутся длиною в целую жизнь, во время которой я бесконечно боролась с ним, тысячи раз слушала его претензии, выговоры, упреки, получала наказания. И ни разу не слышала теплых слов о любви. Ни разу!