Книга Я переиграю тебя. Реванш, страница 203 – Тори Майрон

— Что-то случилось?

— Ничего серьезного. Просто нужно помочь моему заместителю кое в чем разобраться. Эту проблему он не сможет решить без моего участия. Ты справишься без меня? Или, если хочешь, я притащу компьютер сюда и…

— Не надо, – уверенно заверяю я. – Иди спокойно делай свои дела. Я не маленькая и не настолько больная, чтобы из-за тревоги накладывать на себя руки.

Мои ироничные слова вынуждают Титова напрячься, а температуру воздуха в комнате – упасть на несколько градусов.

— Никогда не говори мне о своей смерти, Роли. Даже в шутку, – он за несколько шагов добирается до меня и обхватывает пальцами скулы.

Встреча взглядов, сердце срывается на бег, и мои губы попадают в плен губ мужа. Глаза закрываются по инерции, язык мгновенно отвечает на внезапное вторжение, стон собирается в горле.

Дима целует не просто напористо и страстно, а с налетом грубости, будто наказывает мой рот с языком за слова, которые я выдала несколько секунд назад. А после разрывает поцелуй так же резко, как и начал его. Прижимается лбом к моему лбу и шепчет:

— Как бы тебе ни было сейчас сложно в это поверить, но все будет хорошо. Я обещаю тебе. Я все сделаю и все решу. Тебе нужно лишь поверить мне. Ты веришь? – отодвинувшись, он соединяет наши взгляды, но я отвечаю не сразу.

Молчание повисает над нами ледяным облаком, и даже солнце, заглядывающее в спальню сквозь окна, не спасает. Согреть атмосферу удается лишь моим словам, которые я с уверенностью произношу спустя минуту размышлений:

— Верю, Дима, – мягкая улыбка касается моих губ. – Несмотря на кучу секретов и недопониманий, которые были между нами, я верю тебе и знаю, что ты все сделаешь правильно.

Поднимаю руку и провожу аккуратно пальцами по побитой стороне любимого лица, и Дима прикрывает глаза, выдыхая.

— Иди, – с трудом шепчу я и, прежде чем позволить мужу отстраниться и покинуть комнату, нежно, со всей имеющейся во мне любовью целую его в губы.

* * *

Несмотря на долгое валяние в кровати, день кажется бесконечно длинным. Одна минута ощущается как десять. Нервы гудят, голова раскалывается, от стресса даже кончики пальцев немеют.

После ухода Димы я приняла длительный бодрящий душ, оделась в хлопковый кремовый костюм, состоящий из шорт и майки. Ноги засунула в обычные кеды. Сегодня нет желания надевать каблуки и наносить макияж. Нет аппетита и потребности выходить из дома. И что-то мне подсказывает, что после его смерти так будет всегда.

Мысли о том, как я буду жить дальше, снова норовят захламить мою голову, но я беру мысленную метлу, сгребаю их все в совок и бросаю в ящик «открыть позже». Сейчас я не могу позволить себе такую роскошь, как эмоциональность. Сколько раз мои чувства и эмоции побуждали меня совершать ошибки? Сколько раз моя импульсивность приводила к трагедиям и смертям множества людей?

Все это я уже проходила и не имею права вновь наступить на те же грабли.

Совсем скоро умрет только Он.

Я держалась за эту установку весь день и продолжаю держаться, пока сижу в гостиной вместе с Волчком.

После возвращения из ветеринарки Аня сообщила, что со щенком в общем и целом все в порядке, просто, похоже, он у нас гиперактивный. Ветеринар порекомендовал снизить калорийность питания, побольше занимать щенка активными играми и отправляться на долгие прогулки. Но что-то мне кажется, что врач неверно определил проблему.