Книга Я переиграю тебя, страница 99 – Тори Майрон

— Сними с себя эту тряпку, – требовательно просит он, имея в виду моё помятое парео.

Хочется по обычаю воспротивиться, но быстро пресекаю нелепый порыв – он приведёт лишь к тому, что Дмитрий опять посчитает меня маленькой девочкой. Да и раздеться действительно нужно.

Тяжело втягиваю напряжённый воздух и снимаю с себя парео, представая перед Титовым в одних трусиках. И, чёрт, стоять перед ним голой сейчас, когда мы стопроцентно одни, оказывается в разы сложнее, чем возле бассейна.

Лишь теперь я понимаю, что на улице была такой смелой потому, что там я подсознательно знала – между нами ничего не будет. Мой маленький выкрутас со стриптизом не приведёт ни к чему серьёзному, только подразнит Титова. Сейчас же может произойти что угодно. И судя по потемневшему и наполнившемуся каким-то опасным безумием взгляду Дмитрия, может случиться далеко не только то, что он мне предложил.

Он медленно скользит по мне испытывающим взглядом, заставляя все волоски на теле подняться дыбом. Опаляет кожу, будто метки свои на мне ставит. Не просто любуются, а словно сжирает, кожу сдирает и каждую косточку обгладывает.

Звучит жутко, знаю, но меня такой голодный, дикий взгляд ещё больше возбуждает. Если это вообще возможно. Напряжение внизу живота начинает доставлять дискомфорт. Я сдвигаю бёдра вместе, расправляю плечи и глубоко вдыхаю-выдыхаю. Несколько раз. Грудь вздымается, по позвоночнику пробегает капелька пота, а Титов всё смотрит и смотрит. Молчаливо и сосредоточенно. Сжимает руки в кулаки, когда концентрируется на треугольнике трусиков. Черты лица заостряются, мышцы напрягаются – это видно даже сквозь ткань рубашки. И меня это воодушевляет, наполняет храбростью. Невозможно продолжать смущаться и думать, что в каких-то местах я несовершенна, когда столь искушённый мужчина, как он, смотрит на меня с таким восхищением. Вся робость автоматом сходит на нет, и я цепляю пальцами трусики, порываясь их снять.

— Нет, – останавливает меня Титов, и я непонимающе хмурюсь. – Их я сам хочу снять.

Секунда – и моё относительное спокойствие снова захлёстывается горячим волнением.

— Иди ко мне, – то ли просит, то ли приказывает он.

Отчётливое возбуждение в голосе говорит о первом, а непоколебимая твёрдость – о втором. Но это неважно. Меня в любом случае к нему до невозможности тянет. Пять шагов – и я оказываюсь между ног Титова, всего в нескольких сантиметрах от его лица. Встреча взглядов, и градус накала повышается. Воздух нагревается, становится наэлектризованным, покалывая каждый сантиметр кожи.

Ожидаю, что Титов вот-вот сорвёт с меня оставшийся клочок одежды и резко погрузит на себя, ведь именно такие желания я считываю в его иступлённых глазах. Но этот мужчина явно садомазохист. Он плавно умещает руки на мои ягодицы, сминает их, вытягивая из моей груди стон, а затем утыкается лицом в мой живот и глубоко вдыхает.

Возможно, я просто брежу, но в этом вдохе столько эмоций намешано – не передать словами. Внутри меня всё вспыхивает от его нежности, смешанной с грубоватыми прикосновениями ладоней на ягодицах. Детонация происходит мгновенно. В каждой клеточке тела. Контраст колоссальный. До одурения приятный. И в то же время мучительный.

Я не сдерживаюсь, хватаюсь за напряжённые плечи Титова и издаю отчаянный стон, умоляющий его поторопиться. И, к счастью, он проявляет милосердие. Передвигает пальцы к трусикам и стягивает их вниз, позволяя крохотному лоскутку ткани упасть к моим щиколоткам.