Книга Я переиграю тебя, страница 86 – Тори Майрон

— Что это с ней? – с улыбкой интересуется Дмитрий, закрывая за собой дверь.

— Ничего. Просто немного поговорили о нашем, женском.

— То есть о мужчинах, – с уверенностью констатирует он, попадая в самое яблочко.

Он даже не смотрит на меня, чтобы убедиться в правоте своей догадки. Двигается к прикроватной тумбе, кладёт на неё небольшую коробку, наверняка с очередной обалденно вкусной выпечкой, и только потом обращается ко мне:

— И кому сегодня обмывали косточки? Мне или Лебединскому?

Скрещиваю руки на груди и испытывающее смотрю Титову в лицо.

— Есть хоть что-то, чего ты не знаешь?

— Я многого не знаю, – он умещает колени на кровать, наклоняется ко мне и целомудренно целует меня… в лоб! Опять.

Он делал так все минувшие вечера после моей выписки, а сразу после заваливался со мной рядом, вытягивался во весь свой почти двухметровый рост и болтал со мной на протяжении нескольких часов. Или же мы включали документалку про авиакатастрофы и вместе смотрели её до середины ночи, пока я не засыпала.

Вот и сейчас Титов делает то же самое. И я больше чем уверена, что и сегодня наш вечер пройдёт в дружеской атмосфере. От Дмитрия не будет никаких подкатов и попыток меня поцеловать или же прикоснуться.

И вроде бы я должна радоваться, ведь сама же ещё совсем недавно просила его не трогать меня без разрешения. Но я не радуюсь. Я изнемогаю от непреодолимого желания ощутить его губы на своих, ощутить руки на себе, везде и сразу, ощутить его тело на себе, под собой, да как угодно. Знаю, мне всё всегда не слава богу. Но находиться каждый вечер с этим мужчиной буквально в нескольких сантиметрах друг от друга и просто дружелюбно смотреть телевизор – настоящая пытка, что с каждым его визитом становится всё более мучительной.

— Так кого вы обсуждали? – повторяет свой вопрос Титов, закидывая обе руки за голову, а я не сразу отвечаю, засматриваясь на его грудь, торс, бёдра, скрытые под обычной майкой и спортивками.

Он всегда приезжает ко мне по-домашнему одетым. А ещё с влажными волосами и вкусно пахнущим, будто прибегает ко мне сразу из душа, даже не удосужившись нормально вытереться.

И это так… По-мальчишески, что ли. Мне нравится. Очень нравится. Я даже почти не вспоминаю, что между нами четырнадцать лет разницы.

— Роли, ты меня слышишь? – Дмитрий щёлкает пальцами перед моим лицом, и я отвисаю. Несколько раз моргаю и быстро отвечаю:

— Олега обсуждали. Кого же ещё? Рассказ о твоих целомудренных поцелуях в лоб не смог бы смутить не то что Ари, а даже ребёнка.

Вот чёрт! Мало того что выдала это, так ещё и с чётко слышным укором в голосе. Какая дура! Снова дала Титову повод заулыбаться от уха до уха.

Он поворачивается набок, опирает голову на одну руку, а вторую подносит к моему лицу и убирает выпавшую из хвоста прядь волос за ухо. При этом не торопится что-то сказать. Просто разглядывает меня, нервируя и смущая меня похлеще, чем я это делала сегодня с Ари.

— Ну что? – не выдержав, резковато спрашиваю я.

— Ничего, – он неспешно скользит пальцем вниз, очерчивая линию моей шеи и оставляя покалывающий след на коже. – Просто хочу, чтобы ты знала – я не целую тебя так, как мне того хочется, только потому, что не смогу остановиться на этом. Я и в первый раз еле сдержался, но уверен, что во второй раз не сдержусь и затрахаю тебя до смерти. В лучшем случае – до полного твоего изнеможения. А тебе противопоказана такая нагрузка, поэтому в ближайший месяц я намерен максимально держать себя в руках, но потом… – он замолкает, достигая пальцем моей ключицы. А я почти не дышу, не двигаюсь и не моргаю, пока он проводит по ней нежно, едва ощутимо, бережно.