Книга Я переиграю тебя, страница 140 – Тори Майрон

Его руки блуждают по мне. Тоже нежно, но властно. Будто каждый миллиметр ощупать желают. Губы сползают ниже, целуют подбородок, шею и добираются до плеч, где накрывают влажным, сладким поцелуем каждый укус и покраснение. Словно извиняются за содеянное. В то время как проникновения члена лишь усиливаются. Темп становится быстрее, шлепки плоти о плоть – звонче, а наши стоны – громче, полностью затмевая шум ливня за окном.

— Чёрт… Не верю, – шепчет Дима тихо-тихо, будто обращаясь к самому себе, но мне удаётся расслышать. Понять смысл – нет. Думать и анализировать его фразу не в состоянии, когда Дима накрывает мои щёки пальцами, сжимает их до ощутимой боли. Но она тут же затмевается сладостью, потому что он возвращает свои губы к моим. Накрывает, заполняет меня своим запахом и вкусом. Начинаем целоваться горячее, глубже, пошлее. Кусаем друг друга. Лижем. Пожираем. Трёмся влажными телами, соприкасаемся в множестве чувствительных точек, с каждой секундой всё больше растворяясь в удовольствии.

Совсем скоро Дима шепчет что-то ещё, но на сей раз я не разбираю. Чувствую лишь, что Титов вконец срывается и прямо-таки начинает вбивать меня в матрас. Врывается, повышая громкость моих стонов, но я не скулю, а умоляю не останавливаться, ведь именно в этом я нуждаюсь. Ведь сейчас всё иначе. Я ощущаю это каждой клеточкой тела. Сегодня Дима не просто трахает, а отдаёт мне всего себя без остатка. Да, пошло, грубо и жадно, но в каждом его толчке и прикосновении я остро чувствую тонну его эмоций. Необъяснимых, за гранью моего понимания, но реальных. Они сносят не только меня, но и Диму.

Вся комната превращается в размытое пятно, когда оргазм обрушается на меня сокрушительным каскадом, поглощая целиком и полностью. Всю до кончиков пальцев. Сжимаю бёдра и дрожу всем телом, пока Дима совершает финальные фрикции и со стоном выбирается из меня, заливая мой живот спермой. А затем сразу опадает на меня, соединяя наши лбы.

Теперь пространство заполняют шумные дыхания. Сердце бьётся на убой, Димино вторит моему. Моя дрожь передаётся ему и возвращается в двукратном объёме. Крепко обнимаемся, гладим разгорячённые тела, обмениваемся влагой и частыми выдохами. Сложно измерить время, проведённое в тишине и наших ощущениях, мы просто наслаждаемся до последнего. А затем я заставляю себя открыть глаза и моргаю, чтобы вернуть себе возможность чётко видеть. Помогает. Разглядываю Димино расслабленное лицо, его мягкую улыбку и довольные глаза. Всматриваюсь в каждую чёрточку, родинку, проступающие на коже капли пота и улыбаюсь. Титов после оргазма – самое прекрасное, что мне доводилось видеть.

— Ещё сто таких раундов, и так уж и быть – я обо всём забуду, – шепчет Титов, веселя меня.

— Сто?

— Как минимум.

— После сотни я не то что не буду помнить вчерашние события, а собственное имя забуду, – издаю смешок и Дима нежно, немного лениво целует меня в губы, а я продолжаю улыбаться от уха до уха и целую в ответ. Правда, совсем недолго. Как только чувствую, как его член снова начинает крепнуть, тут же упираю руку в его грудь и разрываю поцелуй.

— Дима, ты чего?

— В смысле?

— Ты опять возбуждаешься.

— Я же сказал – минимум сто раундов.

— И я тебя услышала. Но мы же только что закончили.

— И что?