Книга Потусторонняя Академия. Огненная Лекси и Адские гонки. Часть 1, страница 36 – Ксения Кантор

— Лекси! – раздался полный ужаса голос Лукаса. Готова поспорить, он за картину переживает, а не за мои поломанные конечности.

— Мамочки! – взвизгнула я и успела отскочить за секунду до того, как махина в позолоченной раме накрыла меня, аки крышка саркофага. Только гвоздики забить и готово. Ни пошевелиться, ни что-либо разглядеть возможности не было.

— Тициан! – ага, это прискакал папаша. Если не раздавит картина, значит придушит окунь. Как ни крути, паршиво.

Творение Тициана давило все сильнее. Если бы не рама, то зазора между полотном и полом и вовсе не было. А было бы только мокрое место. От меня.

Наконец чьи-то сильные руки приподняли тяжелую раму, под которой застыло мое тщедушное тельце. Первое, что я увидела, вытаращенные глаза Яна. Даже не знала, что он так умеет.

— Жива?

— Уууу…мммм… – это я для драматичности, чтобы сразу не убивали.

Мне помогли подняться и даже проверили конечности на случай переломов. Вроде все целое, вот только голова как чугунная. Эк приложилась!

Объединив усилия, братья подняли картину и прислонили к стене. Хозяин шедевра рвал и метал, лихорадочно осматривая картину на предмет повреждений. Левая сторона холста отошла от рамы и повисла волнами. Вот ведь угораздило!

— Мне очень жаль, – начала было я, но тут же смолкла под яростным взглядом Лански-старшего. Да, знакомство точно не задалось.

Я спряталась за спины близнецов, в ужасе ожидая приговор.

— Что же это? Посмотрите, как странно, – вот и правда странно, голос папаши больше не громыхал от гнева. Что же усмирило зверя? – здесь второе полотно, еще третье! Не может быть!

Ян усадил меня в кресло и подошел к отцу. Спустя мгновение отмер Лукас и присоединился к осмотру внезапной находки.

— Это же утерянные полотна! – в благоговейном трепете воскликнул Лански.

А мне почему-то вспомнились слова гадалки: … благосклонность на стене ищи. Вижу что-то большое, тяжелое, там и накроет.

После неожиданной находки хозяин дома и, правда, чуточку потеплел и даже позвал нас на ужин. К моему облегчению, Ян отказался от предложения отца. И оставив того наедине с полотнами, вернул нас в Академию.

Я же весь путь прокручивала в голове слова гадалки. Благосклонность на стене – это она Тициана имела в виду? Хм…вспомнить бы что она еще вещала. Кажется что-то про темного или черного? Казенный дом, трудную дорогу и туза с деньгами. Найти бы ее, да записать под диктовку. Слишком уж подозрительное совпадение с благосклонностью.

Во время прощания Ян еще раз уточнил, все ли со мной в порядке.

— Я отлично себя чувствую, – заверила я и почувствовала, как он берет меня за руку.

— Мы мало времени проводим вместе. Давай завтра сходим куда-нибудь.

— Свидание?

— Почему бы и нет.

— Почему бы и да.

— Это ты так согласилась?

В окнах корпуса торчали любопытные головы соседок. Поэтому я кивнула, чмокнула его в щеку и быстро взлетела по ступеням. Устраивать очередное шоу с французскими поцелуями не хотелось.

Стефан де Тьерри.

Связаться с владельцем завода так и не удалось. Пришлось лететь. Завод находился на окраине Саргасса. Сделав круг над территорией, я заметил, что землю сплошь покрывали блестящими бумажками. Спустившись ниже, обнаружил также многочисленные осколки и куски оторванного железа. Все это свидетельствовало об одном – на днях здесь проходили Адские гонки.