Книга MAYDAY 2, страница 152 – Ксения Кантор

— Принял.

И в этом кратком суровом ответе отчетливо слышался приговор для Крамара.

Первым делом в кабинете Марк связался с Олегом и попросил установить наблюдение за бывшим ученым. Пояснил, что тот опасен для окружающих и одержим идеей спасения. Такие свихнувшиеся нарциссы обычно мнят себя мессиями, посланными на землю ради сверхцели, и не остановятся ни перед чем. Роков отнесся к новой информации крайне серьезно, оно и понятно. Кому понравится иметь под боком бомбу замедленного действия, ведь неизвестно, какие мысли блуждают в голове этого человека и в какой момент рванут. В текущей ситуации самое верное – жесткий контроль. Любой промах, недосмотр мог привести к катастрофе и поставить под угрозу гибели всю базу.

28 августа. База «Протон».

Светло-зеленые, бежевые, бледно-оранжевые здания толпились вокруг. Их блестящие крыши щедро поливало августовское солнце. Отблески его лучей поблескивали на любопытных лицах людей, в их вездесущих алчных взглядах. Док уворачивался, прятал глаза за спутанными прядями и старался меньше показываться на улицах. В последнее время он часто ловил себя на том, что разговаривает вслух, и тут же одергивал. Ведь они могли подслушать, украсть его идеи и присвоить себе. Этого ни в коем случае нельзя допустить!

На новом месте его определили в слесарную мастерскую. Весь день там истерично визжали станки, высекая искры, сыпалась на пол стружка. Док никого не трогал и на вопросы не реагировал, знай себе метет полы да шепчет что-то невнятное под нос. Вокруг работали сплошь мужики, крепкие, шустрые и вечно матерящиеся. Первое время они подкалывали тронутого, пытались раскачать на агрессию, чтобы повеселиться. Но поскольку тот оставался безучастным, вскоре махнули рукой с вердиктом «Псих!». Так, он стал невидимкой: замкнутым, угрюмым сумасшедшим, на которого никто не обращал внимания и не воспринимал всерьез.

А между тем в его голове происходили занимательные процессы. Цепочки формул и рассуждений складывались в великие открытия, унося в воображаемое будущее, где он и проводил большую часть времени. Но все же иногда он внимательно прислушивался к разговорам окружающих, силясь понять, куда он попал и, кто эти люди. Сломавшийся, но не сдавший интеллект позволил довольно быстро во всем разобраться. Если мусор на полу смести в один мешок и помножить на пять тысяч, получится ровно столько, сколько людей на базах. Но в один мешок неправильно, для начала стоит отделить бумагу от стружек, крупные стружки от мелких. Все же генотип у них разный. А после разложить в порядке возрастания веса. Тогда станет верно.

Проще некуда.

Довольный своими умозаключениями, он кивал и вновь брался за метлу.

Все чаще рядом появлялась жена и то были самые счастливые моменты. Она внимательно слушала его рассуждения, хвалила и уверяла, что он на верном пути. Уговаривала потерпеть, выждать, подходящая возможность непременно представится. Он соглашался, благодарил ее и вновь заводил разговоры о том, как скоро они увидятся. Расписывал дальнейшую жизнь, мечтал, предвкушал и тихонько улыбался.

Иногда мужчину замечали у больницы. Застывший, отрешенный, он мог смотреть в окна до самых сумерек. А после возвращался в комнатушку, где его встречал вечно злой и неприветливый сосед, называвший себя Аркашей.