Книга MAYDAY 2, страница 104 – Ксения Кантор

— И еще. Навестите сегодня Риту.

— В смысле… у вас дома?

— Вас что-то смущает?

Кристина отрицательно качнула головой.

Тем временем гость встал и подошел к окну в гостиной. Повернувшись к ней спиной, он некоторое время не шевелился. Совершенно не понимая, как себя вести, девушка наблюдала за гостем со своего места. На фоне яркого солнечного света его затянутая в черное фигура смотрелась фантастически круто. Ее взгляд завороженно скользил по рельефным рукам, идеально-вылепленной спине, переходящей в узкие бедра, и медленно переместился на поджарые ягодицы. Все в нем было греховно и до дрожи сексуально. Даже крепкая, смуглая шея так и манила дотронуться, ощутить под ладонями колкий ежик волос и обвить руками. На секунду представив, каково это, она почувствовала, как сердце пропустило удар, а затем понеслось вразнос. Было ощущение, что от мужчины к ней тянутся незримые ниточки и с каждым мгновением их натяжение все усиливается, буквально притягивая Кристину ближе.

В доме воцарилась звенящая, наэлектризованная взаимными флюидами, тишина. Не в силах сопротивляться необъяснимому чувственному притяжению, Кристина тихонько поднялась и остановилась в двух шагах от замершей исполинской фигуры. И даже не удивилась, когда он обернулся. К этому моменту она успела убедиться, Страхову присуще почти звериные инстинкты. К такому подобраться незамеченной, нереально.

— Это все, что вы хотели узнать? – спросила она и смущенно прикусила нижнюю губу.

Марк прищурился. Свербящее чувство никуда не делось. Напротив, лишь усиливалось. Ему безумно захотелось втянуть эту губу и слегка прикусить. Попробовать ее вкус, а дальше запереться с Кристиной в спальне на два-три дня, чтобы наконец-то разобраться в себе и понять, насколько серьезно он влип.

В тишине раздался негромкий ответ.

— Остался один нерешенный вопрос.

С неторопливой грацией хищника командор медленно двинулся на нее. По мере его приближения сердце в груди Кристины все ускорялось. Подойдя вплотную, он навис скалой, закрыв собой весь окружающий мир.

Несколько секунд они неотрывно смотрели друг на друга. Ее сбивчивое дыхание щекотало щеки, обдавало теплом изнутри. Застыв в нерешительности, мужчина прислушивался к себе. Что делать? Окунуться с головой или на бешеной скорости пронестись мимо? Желтоглазый зверь нетерпеливо порыкивал, гневно бил хвостом. Однако разум посылал тревожные сигналы, предупреждал об опасности и настойчиво требовал зажать чеку.

Но он сделал то, что так настойчиво требовал монстр – накрыл ее рот сумасшедшим поцелуем.

Были ли его губы мягкими? Отнюдь. Был ли он нежен? С чего бы? Командор оставался командором даже сейчас. Жесткий, бескомпромиссный, не спрашивающий, а забирающий. И он определённо забрал ее волю. Подавшись вперед, Кристина отдала свои губы в полное подчинение, наслаждаясь новыми головокружительными ощущениями. Она то взмывала вверх, то камнем падала вниз, то вихрем кружила в мертвой петле. Он пах как грех, и целовался как дьявол. И эта невозможная двойственность, противоречивость вознесла чувства до внеземных пределов. Ее бросало от обжигающей ненависти до фанатичного обожания. И ей отвечали полной взаимностью, терзая губы, тело с почти болезненным наслаждением. Все это время мужские руки настойчиво сжимали, гладили, впивались, не оставили без внимания ни единый участок, до которого могли дотянуться. Вцепившись в мускулистые плечи, Кристина с готовностью льнула к нему, впитывая сумасшедшие ласки. Ее собственное тело превратилось в сгусток искрящего, неудержимого желания. Под кожей циркулировало чистейшее возбуждение, заставляя сильнее вжиматься в крепкое тело.