Книга Любимый злодей, страница 33 – Д. С. Одесса

— Отец.

— Вижу, вы двое уже познакомились. – Если бы он только знал!

Я быстро выдергиваю свою руку из ладоней его сына.

— Когда ты вернулся, Зейн? –  спрашивает мистер Монейр, спускаясь по лестнице в черном атласном халате и тапочках. –  Доброе утро, Нурия.

— Давно. И уже давно лежал бы в постели, если бы не услышал в доме какой-то странный шум и не пошел выяснять, в чем дело. –  Он ехидно косится в мою сторону.

Вот же паршивый!..

Я улыбаюсь, как будто не понимаю, на что он намекает. Затем я подхожу к розе, лежащей на мраморном полу в нескольких метрах от меня, и поднимаю ее.

— Доброе утро, мистер Монейр. Не буду долго вам мешать. Я только приготовлю себе кофе. –  Я бережно держу цветок в руке, словно это нечто драгоценное, и сжимаю его в пальцах.

Прежде чем Зейн успевает навязать мне еще следующий виток разговора, я огибаю лестничную площадку и выхожу в коридор, где находится кухня.

— Почему вы так рано встали? Не смогли уснуть? –  окликает меня мистер Монейр.

Пока Зейн меня не опередил, я останавливаюсь, оборачиваюсь и отвечаю:

— Джетлаг выбил меня из колеи. Сейчас пойду на пробежку и тогда буду готова приступить к первому дню с детьми.

— Вот это я называю дисциплинированностью, –  замечает мистер Монейр. –  Бери пример, Зейн.

Тот закатывает глаза, в то время как мистер Монейр провожает меня взглядом. Я иду дальше и слышу приглушенный диалог между отцом и сыном –  куда менее дружелюбный, чем несколько секунд назад.

— Где ты был? –  обращается отец к Зейну. –  Ты хоть в зеркало смотрелся?!

Не желая подслушивать их разговор, я скрываюсь за дверью кухни и закрываю лицо руками. Какая сумасшедшая ночь. Какое сумасшедшее утро.

Лишь свет способен изгнать демонов. В то же время при свете дня каждый демон выглядит как твой лучший друг.

Так кто же на самом деле носит маску?

Потная и запыхавшаяся после пробежки, я стучу в окно со стороны водителя. Энстон спит на сиденье, хотя уже светает.

— Энс! Эй! Проснись!

Поначалу он вообще не шевелится, и на мгновение у меня мелькает мысль, что он может быть мертв. Не уверена, что мой человек-тень способен убивать людей, но он уже не раз повторял, что избавится от любого, кто может составить ему конкуренцию.

Вот и пусть бы Демон расправился с засранцем Зейном. После утреннего разговора я бы его даже благословила на это.

Примерно через минуту, в течение которой я безостановочно барабанила по стеклу, Энстон поморщился, моргнул и сонно уставился на меня. Слава богу, он все еще жив.

Я неистово жестикулирую, требуя опустить окно, но вместо этого он открывает дверь, которую я тут же распахиваю настежь.

— Какого черта ты здесь делаешь? Сын хозяев дома видел, что ты здесь припарковался. Ты ведь собирался вернуться в город и пойти тусоваться, –  ругаюсь я, отчего друг щурится, словно его мучает адская головная боль.

— Можно немножко потише, Нури? Голова гудит просто адски.

— Отчего? –  осведомляюсь я. –  Ты напился один в машине?

— Да нет же. Не неси такую чушь. Зачем мне напиваться здесь одному? Где тут веселье? Я ждал тебя.

Одетая в черные легинсы и темно-фиолетовое спортивное бюстье, я выпрямляюсь перед открытой пассажирской дверью.

— Я же сказала, что не поеду в Брисбен. Почему ты не уехал обратно?

— Не знаю… Я еще постоял у ворот… –  Он кивает в сторону запертых чугунных ворот перед поместьем в двадцати метрах от нас, а потом смотрит на меня затуманенным взглядом. –  А сейчас я тут… в машине.