Книга Ночь. Остров. Вурдалаки, страница 52 – Анна Савина

Бокалы с вином стояли почти нетронутыми, что только к лучшему. Я достала ноутбук. Время без пятнадцати восемь. Минута мне потребовалась на то, чтобы понять, почти восемь вечера, а не утра. Но спать совершенно не хотелось, самое время поработать.

Я вывела на экран досье Софии Болотовой, которые собрал Станислав. Справки, осмотры, выписки. А он молодец.

Итак, в первый раз за помощью… Поправка, за психологической помощью София обратилась в год большого наводнения. А точнее осенью, спустя пять месяцев после катастрофы. Она заблудилась в лесу. Её быстро нашли, но женщину стали мучить кошмары и головные боли.

Врач провел осмотр, взял анализы и зафиксировал дезориентацию, приступы тревоги, панику, назначил стандартное обследование. Но ни один специалист ничего крамольного в организме Софии Болотовой не нашел. Молодая женщина, детородного возраста, уже рожавшая и вполне способная родить еще, так как все показатели в норме, разве что была отмечена нехватка витамина Д. Но тем не менее, Болотова была вынуждена взять отпуск за свой счёт. Ей посоветовали больше отдыхать, пить витамины, хорошо питаться, возможно, рисовать или петь.

Второе обращение год спустя, со слов её мужа, приступы тревоги участились, как и панические атаки. И снова лес, куда она так стремилась, и полная дезориентация. На этот раз к делу подошли серьезнее. Провели полное обследование. И снова ничего не обнаружили. Но на этот раз направили к психиатру, и София Болотова получила свой первый рецепт на успокоительное.

Я сделала себе пометку, выяснить, не пропадали ли в лесу люди. Да и вообще. Не случалось ли в наших лесах чего-то странного и непонятного на первый взгляд. Может, она что-то увидела. А может, и нафантазировала.

Следующее обращение через три года, потом через два. Врачебные комиссии, обследования, препараты. Много препаратов.

Я съела второй бутерброд и нахмурилась. Было что-то смущавшее меня в этой объемной истории болезни, но мне никак не удавалось ухватить, что именно. Что-то очень простое и между тем значимое.

Понадобилось заново пересмотреть документы, чтобы понять, что именно меня смущало. Запись: «со слов её мужа». Подобные слова встречались в карточке Софии Болотовой довольно часто. С одной стороны ничего удивительного, близкие зачастую гораздо раньше замечают болезнь, чем ты сам. А с другой… Это настораживало.

Но это не все, было что-то ещё. Что?

Я снова перелистала документы и просмотрела их ещё раз, и ещё. Чего я не видела? Чего не замечала?

Темноту гостиничного номера, разгоняемую лишь экраном ноутбука, вспорол свет смартфона, который тихо завибрировал сигналом входящего вызова. Я взяла телефон.

«Папа», – горела надпись на экране.

И всё же я несколько секунд помедлила, прежде чем принять вызов. Всего несколько мгновений, но как же я корила себя за это незначительное промедление.

— Да, папа, – произнесла я, готовясь услышать от него своеобразное покаяние. Он скажет, что был неправ и попросит вернуться. А я скажу, что вернусь сегодня же, потому что я тоже отнюдь не подарок.

Но он сказал мне нечто совершенно другое. Он сказал то, от чего у меня на спине выступил холодный пот.

— Миа, я её видел.

— Кого?

— Птицу-мстительницу. В саду за гортензией.

— Отец! – Я вскочила. – Немедленно закрой все двери и окна…