Книга В твоё доверие. По рукоять, страница 168 – Ди Темида

Она крепко обхватила меня, а стройные, сильные ноги инстинктивно обвили за пояс вслед, когда я поднял её. Как будто мы продолжали с того места, на котором остановились в машинном отделении…

— Ненавижу… столько лет… молчал… – она умудрялась вставлять отрывистые, упрекающие меня слова в тех долях секунд, когда я оставлял её губы, чтобы снова с остервенением накинуться на них.

Молчал, что спас? Или молчал, что два года хранил в башке твой образ и что до ломоты хотел тебя?

Опять эти её руки, оставляющие ласковые ожоги на моих голых плечах. Исследующие мышцы мягкие пальцы, порхающие по оставленным линиям бороздок от её же ногтей. Одной рукой зарылся в эти запечатленные навсегда в разуме болезненным воспоминанием её ухода из Штаба светлые локоны, оттягивая их назад, наверняка, причиняя дискомфорт, но перемешивая его в коктейль с удовольствием.

Прежде чем перейти к соблазнительной шее, которую Грейс доверительно открыла моему взору, я тихо промолвил, опаляя дыханием разгорячённую кожу:

— Так покажи, милая, как сильно ты меня ненавидишь.

Грейс, до этого склонившая голову набок в томительном ожидании, закусила губы и замерла.

Прикрывшая глаза от наслаждения, сейчас чуть приоткрыла их.

Из-под её полуопущенных век показались два моря, поверхность которых горела пламенем вожделения. Сжигающее меня так, что ничего внутри, кроме пепла, не осталось.

Черти выпущены наружу.

И я им хозяин.

* * *

Грейс

Эти его последние слова… Я подумала, что сойду с ума, если услышу ещё раз этот хриплый голос, в котором нежность смешалась с провокацией.

Я никогда бы в жизни не предположила, что могу стать такой бесстыдно возбужденной от одних только слов.

Но это Норд…

Любые его слова были для меня так желанны и так губительны одновременно. Почти физически ощущала, как вся моя сущность капитулирует перед ним, вручает ключи от наручников, сдерживавших меня до этого мига, чтобы он, только он, выпустил моё стремление к нему на волю.

Всё, что я хотела высказать и предъявить, вылетело из головы, стоило мне увидеть его и почувствовать долгожданный поцелуй.

Я снова была готова безрассудно отдать ему всю себя. Раствориться в словах, прикосновениях и диких поцелуях без остатка.

И плевать на то, что было и что будет. Плевать на все эти недомолвки.

Всё, что происходило между нами дальше, – кристально чистое воплощение самых необузданных эмоций, самых потаенных желаний, самой ненормальной химии между двумя людьми, где разуму было не место.

Я прижалась к Норду. Он прочно удерживал меня на весу, и, абсолютно не контролируя себя, предаваясь всепоглощающему огню между нами, я провела языком по его ключице, тут же осторожно, мягко кусая.

Он не сдержал довольного короткого выдоха, и в следующую же секунду я оказалась сброшенной на кровать. Простыни, которые пахли утренней дрёмой и его сумасшедшим запахом эвкалипта и лимона, прочно въевшимся в вены, смялись под его коленями, едва он вжал меня крепким телом в матрац.

Пока одна рука хаотично ласкала его затылок, я закусила ребро другой ладони, чтобы сдержать громкий стон, когда Норд горячими пальцами несильно, но властно сжал оба полушария моей груди, параллельно задирая футболку. Моя шея ни на секунду не оставалась всё это время без его влажных, безумно чувственных губ.