Книга Надежда, Вера и… любовь, страница 22 – Яра Саввина

Вот тогда я впервые пожалел, что не натыкал вокруг дома камер. Но кому нужна полупустая холостяцкая халупа? Тем более местная братва прекрасно знала, что связываться со мной не стоит. Я бывал там от силы пару раз в месяц. Да, водил баб, не без этого. Похоже, одна из них дорожку и запомнила. И даже не поленилась узнать, когда я вернулся домой. Кукушка хренова.

В том, что какая-то курица залетела от меня, сомнений не возникло, лишь стоило развернуть одеяльце и взглянуть на рыжий младенческий пушок на голове ребёнка. Тут даже экспертиза казалась лишней. Впрочем, без неё всё равно дело не обошлось. Я должен был заявить на малышку свои права, а без официальной бумажки у нас, порой, даже в сортир не сходишь.

Мысль о том, чтобы отдать её в детский дом… проскальзывала, чего уж. С моим образом жизни о детях я даже не думал. Но побегав с ней по дому ночь, подняв на уши всех знакомых, притащивших мне детские смеси, пелёнки-распашонки, понял – не отдам, моя и точка.

Вяземские от проблем не бегут.

Зато как обрадовались мои родители. Мать плакала, отец тоже тайком смахивал слезу, ворча, что соринка в глаз попала. А как младшая сестра умильно ворковала над крохой, когда я принёс её в первый раз для знакомства. Хотя и потом её отношение к Вере не изменилось, она до сих пор остаётся всё той же доброй и любящей тётушкой. Правда, в тот день меня впервые в жизни обозвали криворуким. Каюсь, был косяк. Но кто же знал, что у подгузников есть зад и перед?

— Роман Иванович, прибываем, нужно пристегнуться, – пропела миловидная стюардесса, наклонившись, чтобы поправить ремни безопасности, демонстрируя глубокое декольте.

При других обстоятельствах я бы выбрал время, чтобы заглянуть к ней в гости. Но чем ближе мы подлетали к аэропорту, тем тревожнее становилось на душе. Такое случалось в бытность моего служения отечеству, когда что-то шло не по плану, и приходилось ждать подлянки от судьбы со всех сторон одновременно. Вот и сейчас я чуйкой чуял, что-то не так. Но вот что?

— Вить, привет! Какие дела в нашей вотчине? Есть проблемы? – выйдя из самолёта, я первым делом набрал своего помощника.

— Всё отлично, Ромыч, процесс идёт. Проблем нет.

— Точно? – с сомнение протянул я, прекрасно зная, что интуиция меня не подводила ни разу, и где-то точно что-то случилось.

— Обижаешь, Иваныч. Когда я от тебя что-то скрывал? – обиделся друг. – Эй, подожди-ка, опять твоя чуйка дала о себе знать?

Да, о моей интуиции в отряде знали все. А с Витькой так и вовсе мы работали в связке. Поэтому этой самой чуйке он доверял даже больше, чем себе.

— Она зараза. Столько лет молчала, а тут… – признался, садясь на пассажирское место ожидавшего меня внедорожника.

Водить мне нравилось, и нередко я предпочитал ездить сам. Но не буду же сейчас гнать водителя с его места? Ему за работу деньги платят. Не стоит на себя перетягивать обязанности других. Каждый должен заниматься своим делом. Да и асс он первоклассный.

— Я сейчас лично всё перепроверю и отзвонюсь.

— Жду.

Вечерний город встретил меня яркими огнями витрин. Люди спешили после работы по делам, суетясь возле магазинов, кафе и булочных. Кое-где мелькали дети. И мне отчаянно захотелось услышать голос Веры.

Набрав номер няни, я в ожидании застыл, слушая механический ответ: