Книга Калабрийский Король, страница 107 – Иса Белль

Песок вылетал из под моих ступней, пока я не добралась до длинного плота и не стала бежать по нему, гадая собирался ли Сантьяго остановиться в начале его. Но когда развернулась и стала идти спиной к его концу, встретилась с мужчиной, что не обращал внимание на пугающее его ранее черное море. Он больше не бежал, но надвигался на меня, как хищник на свою добычу, а я отходила всё дальше, приближаясь к обрыву.

— Ты смелый.

— Могу сказать тебе о том же.

— Чего мне бояться? – задиралась я.

Сантьяго продолжал приближаться, когда мне уже было некуда отходить и пришлось остановиться, чтобы не свалиться вниз. Он провёл языком по своим зубам под верхней губой, отвечая:

— Волка, Zorra [с испан. Лисица].

И оказался передо мной. Я закинула голову вверх, смотря на него, когда мой рот был слегка приоткрыт, а уже затвердевшие соски просвечивались сквозь тонкий лиф.

— Тебе не страшно? – спросил он.

— Ты сделал всё, чтобы я не боялась ничего рядом с тобой.

Ничего.

Совершенно ничего.

Я положила обе руки на его грудь и нащупала пуговицы рубашки, собираясь расстегнуть их, но Сантьяго обернул свои ладони вокруг моих кистей, не позволяя мне.

Теперь я знала почему.

— Я видела их. Вчера.

Вероятно, даже проснувшись утром, он не понял, что забыл о своём секрете.

— И хочу снова взглянуть на них сейчас.

Осознание отразилось на его лице и он отпустил меня, позволяя медленно раздеть его. Через несколько секунд я скинула рубашку с плеч и черные чернила, украшающие его мускулистый торс, вновь показались мне.

— Как ты мог скрывать их от меня, – немного недовольно, но всё же восхищённо прошептала я.

Великие имена украшали его грудь. Они простирались по ней, делая из его тела настоящее произведение искусства. То, что теперь я мечтала перечитывать изо дня в день.

Только… Этого я вчера не видела.

Каждый сантиметр был забит чем-то, кроме полосы под его сердцем. Словно он оставил её для чего-то особенно важного.

Кончик моего указательного пальца очертил имя автора чуть ниже.

— Fe… dor Dostoevsky, – очень медленно по-русски проговорила я.

Сантьяго тихо рассмеялся себе под нос и я ткнула его пальцем, заставляя перестать, когда собственные уголки губ поползли вверх.

— Мне нравится «The Idiot», – призналась я.

Не в силах держать взгляд Сантьяго, зная, что он догадывался, о чём я говорила, я опустила глаза на чернила и стала очерчивать извилины одни за другими.

— Ты прочитал каждого из них? – полюбопытствовала я.

Я не замечала за ним любовь к чтению. Даже книгу в его руках никогда не видела. Но эти татуировки говорили об обратном. Словно…Стал бы Сантьяго набивать имена всех этих людей, будучи даже не знакомым с их творчеством?

— Ты прочитала, – шепотом ласково ответил он.

Это правда.

Ком образовавшийся в горле подогнал тонкую пелену из слёз к моим глазам, но я быстро избавилась от неё, подняв голову и снова заглянув в карие глаза мужчины перед собой.

Книги авторов, выписанных на его груди, стояли в книжном шкафу нашей спальни, но… они были на нём ещё до того, как я заехала в дом.

До того, как мы впервые встретились с ним на балу.

Я нахмурилась, собираясь спросить Сантьяго об этом, но не выдержав, он наклонился и накрыл мои губы своими.

В моей голове пробежала мысль, что тем самым он хотел заткнуть меня, чтобы я не начала задавать вопросы, как так вышло и почему он скрывал от меня это, но как только руки Сантьяго оказались на моей талии, а мурашки волнами разошлись по всему телу и я застонала, почувствовав, как его эрекция стала прижиматься к моему…