Книга Феникс, страница 151 – Иса Белль

— Нельзя, – замотав головой, ответила она. – Я пойду одна.

Мы оба смотрели на то, как Аврора делала аккуратные шаги навстречу пропасти и замерли, не имея возможности пошевелиться. Время, как будто остановилось, как и моё сердце, когда она неожиданно пошатнулась и упала, но, к счастью, вниз на крышу.

Прошу тебя, не поднимайся больше. Дождись меня.

— Нет, – твёрдо сказал я и схватил Джулию за руку.

— Ты не понимаешь. Она сделает это, – ужасно напугано произнесла она, вырываясь из моей хватки. – Ты пришёл сразу после выстрела. Ты слышал его? – спросила сестра.

Я кивнул ей.

— Стреляла Аврора, – выдохнула она. – В себя.

Я сделал шаг назад.

— Но, видимо, Лоренцо забыл позаботиться о патронах, что спасло её, поэтому сейчас она пришла сюда, чтобы закончить начатое, Доминик, – её голос дрожал. – Мы спустимся вместе. Доверься мне.

Не собираясь тратить время, которого у нас и так не было, Джулия развернулась и рванула к Авроре, по пути скидывая туфли. Мы остановились в метрах двадцати от главного корпуса школы и это расстояние только увеличивало вероятность того, что она не успеет спасти её.

Я хотел побежать следом за ней, но вместо этого только отвернулся, чтобы не видеть Аврору, иначе бы не совладал с собой и пренебрёг просьбой Джулии.

Аврора… моё чистое непоколебимое сердце.

Как у неё получалось даровать людям то, чем она не обладала?

За всё время, проведённое в муках, её сердце должно было очерстветь, и она должна была превратиться в того, кем я считал её, когда позволял себе думать, что она причина несчастья Джулии.

А что я мог ещё подумать, чёрт возьми?!

Мне докладывают о том, что Аврора опускает мою сестру перед всей школой, делая из неё тряпичную игрушку, с которой также может обойтись каждый из присутствующих, а вечером, когда мы встречаемся дома, Джулия заявляет, что больше не хочет находиться в Сакраменто. Она умоляет меня отпустить её и позволить переехать в Калабрию, чтобы жить в чужом доме подальше от меня. Она отгораживается, настоятельно просит меня не бросать работу и позволить ей побыть одной, первые дни даже не звонит мне и только спустя время разрешает навестить её в доме Мартина Риверо, делится со мной, что счастлива вдали от мрака, которое несёт Сакраменто, и что не хочет возвращаться, пока не будет полностью готова.

Я мечтал стереть Аврору в пыль, потому что верил, что она причина этой беды. Что она, воспользовавшись скорбящим по Талии положением Джулии, решила самоутвердиться за её счёт, сломив её.

Я ждал, когда она закончит школу, когда её отец выставит её, как вещь, для того, чтобы мужчины могли начать претендовать на неё. Только спустя ещё несколько месяцев, я, наконец, пришёл за ней. Пришёл, чтобы отомстить за Джулию и за нашу боль, что мы оба испытывали, находясь вдали друг от друга. Я хотел влюбить её в себя, а затем бросить, как что-то ненужное, чтобы она почувствовала каково это – терять то, что любишь.

Но всё это, потому что я совершенно не знал, кто такая Аврора Короззо. Я даже представить себе не мог, через что проходил её, ни на секунду не меркнущий, свет. Как она стойко держалась, не позволяя никому узнать, что происходило за закрытыми дверьми. Не позволяя людям узнать об этом и защитить её, потому что ей внушили, что она является чем-то постыдным и грязным, с кем никто не захочет иметь дело.