Книга Феникс, страница 102 – Иса Белль

— Теперь иди сюда, – ответил я, похлопывая рукой по своему бедру.

Девушку удивлённо подняла брови, но не двинулась с места.

— Иди. Сюда. Аврора, – понизив тон, повторил я.

Я знал, что и это было плохой идеей, потому что она сядет на меня, и я почувствую её мягкость, но дело в том, что всё, что касалось меня и Авроры, было плохой идеей. Это было неизбежно. Но я не собирался продолжать то, что мы начали, даже учитывая то, что ни я, ни она не дошли до пика и всё, что мне хотелось это схватить её и усадить на себя верхом, чтобы она прокатилась на мне, не обронив больше ни одной слезинки.

Девушка начала медленно, опасливо двигаться в мою сторону, что мне не особо понравилось, поэтому я наклонился, схватил её за подмышки и усадил на свои колени, заставляя её вытянуть ноги на всё оставшееся сиденье и смотреть на меня.

— Я не просил тебя снимать бельё, – прошептал я, когда почувствовал жар её киски на своих бёдрах.

— Но ведь оно тоже промокло, – слегка игриво ответила она.

Я пропустил смешок.

Она умела играть со мной.

Аврора тяжело вздохнула, а затем её голова упала на мою грудь, и я знал, что она слышала, как часто билось моё сердце из-за неё.

— Мне жаль, что я не в силах повернуть время вспять, – признался я.

— Мне тоже, – ответила девушка. – Если бы это было возможно, меня бы не существовало, и никто бы не познал боли, которую я приношу в чужие жизни.

И я бы никогда не познал, каково это любить кого-то, если бы её не существовало. Даже если бы я не знал, что такое любить Аврору, я бы не смог чувствовать что-то даже похожее на любовь к кому-то.

Всё моё единственное в один миг стало принадлежать ей, и у меня отняли право распоряжаться своими чувствами по отношению к ней.

— Так нельзя, Доминик, – прошептала Аврора, когда я начал нежно гладить её по спине. – Враги-любовники? Мы не в фильме. Ты ненавидишь меня.

— И что? – моментально ответил я. – Ты тоже ненавидишь меня.

Аврора помедлила с ответом, пока её мокрые волосы стали липнуть к моей груди, а горячее дыхание согревать меня.

— В том то и дело, Доминик. Я не ненавижу тебя.

— А должна, – исправил я.

Она слегка покачала головой, поднимая её, чтобы заглянуть в мои глаза.

— Может ты и принёс боль. Много боли, – честно призналась она. – Но ты дал мне почувствовать то, что я, наконец, была кому-то нужна, хоть и ненадолго.

Навсегда.

Аврора протянула руку и коснулась моего виска, кончиками пальцев потирая его, а затем на её лице расцвела самая изящная улыбка, о которой я любил вспоминать в минуты своей внутренней темноты.

— Тебе понравилось?

Она облизнула палец и снова дотронулась до того же места.

— Немного краски, – объяснила она мне.

Я тихо засмеялся.

Она отомстила мне, а я чувствовал себя тайским проститутом, когда меня и Мистера Гриффина наконец выпустили из комнаты, с раскрашенным лицом, которое я отмывал в течение двадцати минут, и по всей видимости так и не отмыл.

Аврора и Мисс Уильямс знали, что мы не могли отказать девочкам, и заперли нас с ними в одной комнате, наполненной косметикой, пока обе стояли и наблюдали за происходящим сквозь стеклянные двери.

Мне нравилось, когда она не боялась ответить мне. И после того, как я узнал об этом, мне захотелось посмотреть на что-то большее, чем просто её маленькая месть.