Книга Сделка. Я тебе верю, страница 41 – Рина Беж

Да что там. Можно сказать, объела. Но довольный Иван и слова против не сказал лишь улыбнулся и заказал нам добавку.

И вот теперь мы с ним бок о бок покидаем кафе и направляемся к его машине. Я кручу в голове его признания и понимаю, что верю. Без каких-либо доказательств, без его повторных заверений и клятв. Просто верю. И всё.

Ну какой резон ему врать?

Не за чем.

Он мне ничего не обещал тогда, а сейчас мы вообще можно сказать случайно встретились. И если бы не общая работа, скорее всего даже не пересеклись. Он и дальше бы жил своей заграничной холостяцкой жизнью, а я здесь своей замужней.

Кстати, о холостяцкой.

— Иван, а ты не женился?

Кольца на пальце у него нет Но кто из мужчин особо носит золотые ободки?

Единицы. Большинство же забывает, теряет, жалуется, что те мешают им работать, водить машину, париться в бане, играть в боулинг делать покупки в магазине и тысячи-тысячи иных причин, чтобы снять и закинуть «знак отличия» подальше.

Тот же Ярослав красовался обручальным кольцом лишь в день свадьбы перед фотографом, а после стянул, потому что оно ему... натирало.

— Не-а, — Тихомиров качает головой. — Времени нет.

— Ну да, — киваю. — Бизнес

— Ага, — хмыкает и вдруг вскидывает на меня взгляд. — Даш. У вас же с Шаталовым не всё хорошо в браке. Так почему ты это терпишь и не разводишься с ним?

Позволяю мужчине открыть передо мной дверь, помочь забраться в салон.

Дожидаюсь, когда он обойдет машину и сядет сам. Только после этого отвечаю.

— Иван, у нас с Ярославом больше, чем «не всё хорошо в браке», намного больше.

Но... — усмехаюсь, как привыкла реагировать на многие сложные вопросы, — развод — слишком дорогое удовольствие. И оно мне пока не по карману.

Вижу, как мужчина едва заметно хмурится и слегка подается вперед. Открывает рот, намереваясь что-то сказать. Черты лица как-то вмиг заостряются, в глазах вспыхивает странный огонь

Но вот он замирает, делает глубокий вдох и в следующую секунду произносит совсем не то, что, уверена на сто процентов, изначально планировал.

— Даша, пристегнись, пожалуйста:

— Конечно, — выполняю, что он просит.

Пальцы слегка подрагивают. Оставаться каменно-спокойной в компании Тихомирова — верх мастерства, который мне не светит. Но со второй попытки с задачей я справляюсь.

Кривоватая улыбка скользит по его губам. Кажется, будто мужчина расслабляется.

Но это только кажется. На энергетическом уровне приходит ассоциация, что я вновь нахожусь рядом с хищником.

Все замечающим визуально, и даже улавливающим на уровне эмоций.

Прижав плотнее к себе сумку, чтобы хоть чем-то занять беспокойные руки, мысленно делаю глубокий вдох-выдох и точно в прорубь с разбега бросаюсь, называю цифры, которые никогда не забывала. Столько лет прошло, а я до сих пор их помню, потому что набирала не только наяву, но даже во сне. Всё пыталась и пыталась дозвониться до неуловимого абонента.

— Восемь... девять... два... один... девять... восемь... пять.

Наверное, если бы смотрела в сторону, а не на Ивана, никогда бы не поняла, какое сильное впечатление произвели мои слова.

Но я смотрю на него и замечаю.

Замечаю, как у Тихомирова на миг сбивается дыхание, как жестко жилистые руки стискивают оплетку руля, как дергается кадык на крепкой шее, как хищно раздуваются крылья тонкого носа.