Книга Всё как я люблю, страница 42 – Татьяна Семакова

— Ты лучший! — сказала с чувством, а он ухмыльнулся:

— А то я не знаю, — и начал спешно одеваться. А вот это правильно, это верно. Слишком велик соблазн вообще не вставать с постели. Когда он рядом, все просто и понятно, я знаю, что чувствую, чего и кого хочу, сейчас и в будущем. И я люблю эту ясность.

«А его?» — вступил подлый внутренний голос, а я накинула халат и вышла проводить Вадима в коридор.

На самом деле, план был очень простым, с расчетом убить сразу двух зайцев. Если Панфилов не ошибся, а представить обратное довольно затруднительно, за мной следят и при удобном случае вставляют свои пять копеек. В тот день мы с Эмиром выдвинулись из одной точки и поехали друг за другом, так что, по сути, передачу мы скомпрометировали. До банка минут сорок, я выбирала по наличию ячеек и поближе к скверу, чтобы не таскаться с документами по городу, достаточно дежурить возле него, зайти, выстрелить, и к моменту, когда я подъехала, успели выставить оцепление, но над телом только-только начали работать. Затем сама передача пошла наперекосяк и они ждали, как бы ещё подгадить, но не слишком. Вадим прав, моя с ним нежная дружба добавляет зубной боли конкурентам, действовать открыто опасаются, и пришло время показать, что я отдельная единица общества.

Я неторопливо собралась, остановив свой выбор на шортах и футболке, выпила кофе, открыв новую пачку, обула удобные кроссовки и пошла в салон пешком, стараясь не хромать. Вообще, мне полагалось лететь на крыльях любви, но… работаем с тем, что есть. Позвонила Паше и спросила:

— Что там у нас?

— Смотрят, — хмыкнул в ответ. — Может вальнуть их просто и все, а?

— Не говори ерунды, — слегка поморщилась в ответ, — мне даже не интересно, кто они такие. Очередные наемные валенки.

— Тогда можно упаковать и поспрашивать, — не унимался Куманов, а я хохотнула:

— Что, засиделся?

— Булки постепенно расслабляются, — ответил со вздохом, — нехорошо это. Я тоже, как ты помнишь, с прошлым.

— О котором я ничего не знаю, — буркнула недовольно.

— И это просто прекрасно. Ладно, начинаем.

Я убрала телефон в сумочку и кто-то резко дёрнул меня за руку, утаскивая за угол жилого дома через довольно высокие кусты.

— Не слишком ли неприметное местечко? — хмыкнула Мише в лицо.

— Все должно быть натурально, не так ли? — горячо зашептал мне на ухо, прижимая к себе, а я попыталась отстраниться, старательно крутя головой. Его руки шарили по моему телу, одну он пристроил на спине под футболкой, вторую нахально просунул под шорты, уткнулся мне в шею и тихо хохотнул: — Я рассчитывал на платье с глубоким вырезом. Ну, знаешь, чтобы нырнуть туда и не вынырнуть, умерев счастливым человеком.

— Ты умрешь несчастным, если не прекратишь меня смешить, — прошипела сквозь зубы, старательно играя роль влюблённой дуры.

— Ты вполне можешь счастливо улыбаться от встречи с любимым человеком. А я если не отвлекусь… а, похер, — разогнулся внезапно, а мне пришлось задрать голову, чтобы смотреть ему в глаза. — Это мое проклятие. Всегда хочу не тех женщин.

Подхватил за бедра, подняв в воздух, и прижал собой к стене, начав вполне реально целовать. Не ответить я не могла, испортила бы сразу две операции, обхватила его руками и ногами и мы увлечённо целовались, пока он не отстранился, уткнувшись носом в мою шею и глухо рыча.