Книга Внимание! Мы ищем маму, страница 11 – Милана Лотос

— Чего ты хочешь, Тем? — непонимающе смотрю на встревоженное личико пацаненка.

— Он хочет на руки, — говорит Настя, что тут непонятного. — Возьми его, Андрей.

Я поднимаю мальчишку, и он тут же прижимается к моему плечу. Обнимает за шею и начинает шептать что-то на ухо. Наверняка мое выражение лица тут же меняется, потому что я ошарашенно хлопаю глазами, не понимая, что делать с той информацией, которую до меня только что донесли.

— Что случилось, Андрюх? — смотрит на меня Костик, и я вижу, что, кажется, он тоже испугался.

— Эмм… даже не знаю, можно ли произносить вслух такое… при дамах.

— Можно, — отвечает Настя и поднимается с дивана, — я педиатр и слышала от детей многое. Так что, говори, не стесняйся.

— Тёма покакал и, похоже, нам нужен новый подгузник.

— Покакал?! — Нервно произносит Костик, и он начинает идти пятнами. — Здесь? Но… у меня тут ничего не оборудовано для…

— Какания? — одновременно спросили с Настей и улыбнулись.

— Да, — обиженно произнес Костик, — здесь полицейский участок, а не комната матери и ребенка.

— Да, ладно, че ты, Костян, — ухмыляюсь я и пересаживаю Тему на другую руку, — что естественно, то не безобразно.

— Правильно, будто ты не какал, — смеется Настенька, и ее смех, словно звонкий ручей в лесу. Я непроизвольно улыбаюсь и не могу оторвать взгляд от этой безумно красивой женщины. Интересно, у нее есть кто-нибудь?

Так стопе, Андрюх! У тебя вроде девушка есть, и вы уже три месяца встречаетесь. Блин, вот это попадос! Кажется, я реально забыл про Розу.

— Андрей! Андре-е-е-ей! — слышу голос Насти и выныриваю из своих дум.

— Что?

— У тебя подгузник чистый есть?

— У меня? Хм… а зачем мне подгузники? — Посмеиваюсь, не понимая в чем прикол.

— Тема обкакался, а это значит, нам нужно помыть ему попу, намазать ее кремом и надеть свежий подгузник. Ты чего?

— Да, пап, — ухмыляется Степа, вдруг неоткуда взявшийся и складывает руки на груди, — ты что, с неба свалился?

— У меня нет подгузника, — говорю тихо. Дышу глубоко, только бы не впасть в отчаяние и не словить панику. — Насть, выручай, а.

Она закатывает глаза, подходит ко мне и забирает у меня Тему.

— Стёп, возьми мою сумку и следуй за мной. Операция по спасению попы от какашек началась.

— А почему я? — Жалуется мой Степка и смотрит на меня, теперь уже сердито. — У нас Теме, обычно бабушка жопу моет.

— А мама? — спрашивает Настя и замирает. Осторожно смотрит на маленького Тему, но тот занят сережками девушки и совершенно не обращает внимания на то, что она говорит.

— Мама уехала и бросила нас, — серьезно говорит Степа и вздыхает, — но за нами приехал отец и радует то, что нас не отправят в детдом. Хотя могли бы.

Настя смотрит на меня и закусывает губу. Кажется, она теперь все знает и больше нет смысла что-то придумывать, искажать, выворачивается.

Я смотрю на нее и понимаю одно, жаль, что тогда, после того самого поцелуя, я уехал. Надо было остаться, надо было поговорить и объясниться с девушкой. Похоже, что я разбил ей сердце. Но я ведь ничего не обещал. Это был просто невинный поцелуй. Похоже, он был невинный только для меня.

Настя с ребятами выходят, а мы с Костиком остаемся.

— Может, покурим? — предлагает старый друг, и я киваю. Соглашаюсь.

— Покурим. Только я не курю.

— Ничего страшного. Я тоже, — ухмыляется мой друг, и мы выходим из кабинета.