Книга Внимание! Мы ищем маму, страница 10 – Милана Лотос

Я снова уставился на неё.

Настя выросла. Из гадкого утёнка-подростка превратилась в… в вот эту. В красивую женщину с ясным, умным взглядом и твёрдым характером, у которой на щеках, когда она улыбалась Стёпе, появлялись те самые, симпатичные ямочки.

Она ловко пристроила спящего Тёму поудобнее, и её движения были такими естественными, такими бережными, что у меня в груди что-то ёкнуло.

— Так о чём это я? — Костик развёл руками, прерывая его мысли. — Ах да! Значит, Настька моя тебя, такого грозного, на месте преступления и повязала? Детей запустил, борода тебе дороже сыновей? Ну, Андрюха…

— Да не запустил я их! — взорвался я, но без былой уверенности. — Они просто… с бабкой и дедом живут. Свободно. А городские, они всегда чистенькие, как с картинки. Понимаешь, — я отвел его в сторону, чтобы Настя не слышала, — я про Степана узнал пару дней назад. А Тёмыч вообще мне неродной. Машка обоих бросила и умотала куда-то с очередным любовником. Ну а мне что делать? Тесть с тещей вообще никакие. Больные и старые. Детей запустили. Степка вон, воровать начал. Я вытряхнул из коробки украденные кошельки. Пробей их по базе. Может, кто заяву писал на поиск?

— Хм... вот это улов! Нормальный. Посмотрю, проверю, только…

В этот момент Степан громко рассмеялся в ответ на что-то сказанное Настей. Звук был таким искренним, таким редким в последнее время, что я замолчал и повернулся. Посмотрел на сына, который ожил на глазах, и на красивую девушку, которая одним своим присутствием перевернула всё с ног на голову.

— Слушай, Костян, — я наклонился к другу, понизив голос. — Я всё понял. Исправлюсь. Только уговори её, пусть не поднимает на уши соцслужбы. Я завтра же, честно, в больницу. Куплю им всё, что надо. Одежду, обувь, эти все… витамины. Прививки. Сделаю, все, что нужно и как нужно.

Костян скептически хмыкнул, глядя на меня, и покачал головой.

— Она меня не послушает. Она тут главный следователь, — улыбнулся и положил руку мне на плечо, — кажется, тебе придется самому разгребать этот сыр-бор. Но, — замолчал на мгновение, — я помогу тебе разобраться с кошельками и замять это дело.

— Понял.

Я обернулся к Насте и понял, что она внимательно смотрит на меня. Изучает. В её взгляде уже нет прежней строгости. Сквозь неё пробивалось любопытство, какая-то тёплая усмешка и… интерес?

От этого пристального взгляда стало не по себе, и я кашлянул. Сделал шаг в ее сторону и остановился.

И вдруг мне дико захотелось вдохнуть её запах, не духи, а — свежий, какой-то домашний. Зарыться в ее волосы и вспомнить то ощущение от горячего поцелуя, несколько лет назад. Вернуться в прошлое, когда я был счастлив и ни о чем не думал.

От этих мыслей у меня засосало под ложечкой, и я сглотнул. А потом поймал себя на мысли, что ощущаю себя сейчас как нашкодивший мальчишка. Нехорошо.

— Настя, — начал я, и голос вдруг подвёл, сорвавшись на хрип. Я сглотнул. — Давай я… я их завтра к тебе привезу. Куда скажешь. Ты сама посмотришь. Я, правда… я всё сделаю.

— Я сейчас живу все там же, — улыбнулась Настя, — в том самом доме, у которого ты меня поцеловал. Помнишь?

Прежде чем мне ответить, помню ли я, где целовал Настасью, ко мне подбегает маленький Тёма.

Хватает меня за штанину и смотрит в глаза. А потом тянет ко мне ручки.