Книга Молот Златы, страница 71 – Хелен Кир

— Тебе что-то грозит? — мечется взглядом по лицу, ищет ответ. Заволновалась конкретно. Обнимаю ее, забираю дрожь себе и покачиваю в руках.

— Нет, Злата. Так, мелкая херня на горизонте маячит, так бывает. У меня останешься? — перевожу разговор на другое. Хватит уже соль сыпать на раны, достаточно.

— Нет, Ваня, отвези меня. Папа будет волноваться, ты же знаешь.

— Знаю, — невольно касаюсь лица, вспоминая удары Ника. — Знаю, Злат. Одевайся тогда, если не хочешь.

— Вань!

— Да ладно, все… Одевайся, пока не передумал.

Снова везу ее домой, хотя мне делать этого совсем не хочется. Предпочел бы спать с ней вместе. Обнять и спать. А на следующий день видеть, какая она ми-ми-мишная с утра, самую малость припухшая и забавная, наверное. Блядь, и правда потёк. Я думал, что слов-то таких не знаю, оказывается, что в эту минуту в голове всплывает весь запрятанный и накопленный набор слов от общения с прошлыми мадамами, который был законсервирован и похерен в глухих отсеках мозга, а вот сейчас активировался.

Долго мучаю Злату у дома, не отпускаю. Целую жадно, как будто впрок хочу набрать, но не получается. Голод только сильнее разгорается. С трудом руки размыкаем и тысячу раз прощаемся, но вновь сливаемся губами, сплетаемся языками. Трахать в машине не решаюсь, да еще и около дома — это ебаный стыд для нее. Доходим все же до критической точки и поняв, что полетит к сраным собакам вся установка на запрет секса около дома, все же расстаемся. Жду, пока домой зайдет. Пытаюсь отдышаться в машине, прийти в относительную норму и только тогда выезжаю.

На подходе к своей двери замечаю приклеенный белый конверт. Раскрываю и достаю распечатанную на принтере фотку и охуеваю. Кадр, где Злата смеется. Следом прилетает сообщение на телефон:«Ниче так, мне сойдет. Сладкая сука… Сосет хорошо? А ебется как?»

Это, блядь, что?

Нажимаю на номер несколько раз. Какая падла посмела… Разорву!

Абонент не доступен или находится вне зоны действия сети. Да что за нахрен!

*** о квесте в книге "Малера"

25

— Алё, Сев, алё-о-о! Слышно теперь? Говори, что там? — голос доносится словно из бункера, так плохо пробивается. — Да, свободна. Свободна говорю же? Костюм? Да помогу, конечно. Где встретимся? В «ГЧ»? Поняла. Давай на четвертом, около «лего». Через час? Хорошо.

Ваня занят, встреч пока не будет. Он впахивается в обычный режим по подготовке к боям. Грустно мне, но я все понимаю. Хотя написал, чтобы сидела дома и не высовывалась никуда. Конечно, так я его и послушала. Я ему не Зульфия какая! Впереди свободные денечки, если их так назвать можно, блин.

Быстро собираюсь, натягиваю футболку, скини и шнурую вансы. Завязываю хвост и вперед. Подпрыгивая на ходу, бегу к тачке. Божечки, какая я счастливая!

Все вокруг вместе со мной летает и поет. Радужные единорожки наяривают в груди, волнуют своими играми. Я в раю! Все теперь видится исключительно в пастельный тонах, зефирно и трепетно. Танцую на своей личной территории любви. Исхожу на карамельки просто! Я знаю рецепт самых вкусных ирисок, обращайтесь!

Ваня генератор моего счастья. Ванечка Величанский!

Всю ночь не спала, каждую деталь перебирала. Замерев в постели, прижав одеяло к подбородку, слушала как ширится сердце от всепоглощающей любви, чувствовала, как наполняется трепетом. Я клянусь, у меня мурашки по ошалевшему тарабанящему мотору бегали. Я люблю. Я так сильно его люблю. Мне страшно от этого делается, это ненормально так проникаться другим человеком. Смертоносная парестезия! Убийственная! И пусть так.