Книга Молот Златы, страница 47 – Хелен Кир

— Спасибо! — шепчу ему на ухо после трека.

— Да что хочешь, Злат. Все для тебя! — щелкает он пятками и кланяется как гусар.

Смешной такой, тощий, волосы в разные стороны. Очки странные нацепил, но ему идет. Взявшись за руки, бежим за наш столик, чтобы хоть немного передохнуть и глотнуть освежающего коктейля. Жарковато сегодня, да еще и танцы такие, тут, конечно, упреешь.

— В туалет сгоняю, — сообщает Сева и исчезает.

Киваю ему вдогонку и продвигаюсь дальше. Держу в фокусе наше место, пробираться немного осталось. Народу сегодня — просто атас. Когда продираюсь через особо плотную гущу, чувствую, как меня хватают за руку и крепко стискивают. Дергаю, не оборачиваюсь. Кто-то перепутал, наверное. Не отпускает. Собираюсь высказать уже все, что думаю по этому поводу, разворачиваюсь и пол трескается под моими ногами.

Молот.

Бенг-бенг! Тело мгновенно становится ватным и непослушным. Кипятком окатывает все, плещет сначала в макушку и потоки, обжигая в самых чувствительных местах, скатываются по спине, рукам и ногам. Они жгут, покрывают кожу болючими и огромными волдырями.

Пожалуйста, отпусти, мне ведь так тяжело было. Пожалуйста…

Но он держит. Огромной тенью нависает надо мной и смотрит.

Когда проходит первый шок, всматриваюсь тоже, но моя затея трещит. Это все равно, что бездну созерцать. Вроде бы манит и страшно тянет, с дрожащим восторгом лупишься вниз, а потом тебе трешово! Страшно, потому что там жесть, неизведанное, которое сожрет и не подавится.

Фрагментами плывет восприятие его внешности. В тянущихся осознанных кусках этого восприятия понимаю, что он дрался. Точнее, что его били? Скулы и бровь рассечены. Но это бывает же в его профессии.

— Поговорим? — глядя на мои губы, увесисто произносит.

— Нет, — осекаю сразу и пытаюсь выдернуть руку.

— Злат! — не отпускает и хватает за вторую ладонь, придвигает меня к себе максимально. — Мне нужно сказать тебе кое-что.

Припадочно мотаю головой и сквозь сжатые зубы пытаюсь выговорить слово «нет». Я не хочу. Не хочу!

— Нам нечего обсуждать больше, — внезапно спокойно произношу, но при этом дрожащий холодец внутри вибрирует так, словно на стиралке стою.

Его ладонь жжет мою кожу на точке соприкосновения. Я, как нетопырь, корчусь на первых лучах солнца. Дышу во всю силу, делаю это максимально размеренно и равномерно, пытаюсь поймать дзен. Постоянно кручу в голове пройденную терапию: я потеряла зависимость, я самая большая ценность в мире, и никто не смеет поколебать меня в моих решениях, я самая достойная, самая лучшая, самая…

— Ты не сможешь мне отказать, Злат… Че за хйуня?… Этот рептилоид опять с тобой? — Величанский придавливает интонацией, говорит с острым возмущением и слегка меня дергает. — Какого ты с ним опять шаришься?

Скашиваю взгляд в бок и замечаю, как Всеволод ищет меня, вертится туда-сюда, обеспокоенно крутит головой. Молот наблюдает за ним, неотрывно водит глазами, сопровождая малейшие передвижения. Он внезапно сильнее жмет мою руку и тянет снова к себе.

Боже, не надо. Пожалуйста! Не надо! Но я совершенно противоположное совершаю — подаюсь вперед. Мощнейший жар его тела заставляет меня вздрогнуть и замереть. Уникальный просто! Его тело чертов магнит!

— Пусти, — опомнившись, откачиваюсь.

— Стой, блядь! — жестко выкрикивает. — Эй, сюда иди. Эй, ты глухой?