Книга Молот Златы, страница 15 – Хелен Кир

— Айм бьютифу-у-у-л Всеволод!

Бомбяу!

Начинаю безудержно хохотать. Боже, кто бы говорил по поводу моего имени, а сам-то! Он присоединяется и тоже смеется вместе со мной. Ржачная истерия захватывает все выше и выше. Утираю выступившие слезы, склонившись от хохота пополам. Вроде на определенном моменте и затихаем, но взглянув друг на друга снова принимаемся безудержно заливаться, по-другому этот процесс не назовешь.

— Можно просто Сева, — ровным голосом произносит парень, когда наш хохот стихает. Киваю в ответ, соглашаюсь. — Слушай, Злат, ты нормальная, с тобой хоть повеселиться можно.

— Да уж, показатель офигенный вышел. Да мы даже не по говорили толком. Выводы у тебя странные.

— Не-а, — мотает головой обретенный приятель. — Я вижу, правда. И так все ясно без слов, понимаешь? Ты упакована, но душа есть, ферштейн о чем толкую?

Замираю от такой оценки, замолкаю ненадолго. Вся моя жизнь странная, если можно так выразиться. Нет, я счастлива, у меня потрясающая семья, близкие друзья тоже присутствуют, но в остальном более чем загадочно все.

Я словно в двух мирах живу, вот в чем дело. Открытая и доверчивая со своими, в остальном пространстве замыкаюсь. И ключ подобрать ко мне, ой как сложно и тяжело. Знаю, что обо мне говорят: диковатая, холодная, замороченная и высокомерная. Не связываются никто, точнее предпочитают держаться стороной, я для них слишком сложная.

По началу пыталась вливаться в компании, но встречала лишь холодное равнодушие. Как позже поняла, что дух соперничества был слишком высок, видно не дотягивали до моей планки девы и решали проблему именно таким образом: фыркай и закатывай глаза при белой вороне, даст бог сойдешь за умную. Да, еще, говори о богатстве, и кто что купил, и где купил, это очень важно. Тогда будешь в теме! Надоели!

Мне хотелось других разговоров и ценностей. Вероятно, у меня завышенная самооценка, если допускаю такие суждения о себе? Хорошо, пусть так! Но мне очень неинтересно тереть всякую фигню, типа модную на сегодняшний день. Кругом много всего, на что следовало бы обратить свое внимание, а не обсуждать без конца всякие новинки-фигинки, черт знает кого и чего. А тут вон как обо мне сразу подумали. Приятно.

— Ферштейн.

— Слушай, ну раз мы все выяснили, давай оторвемся сегодня. Не волнуйся, все будет прилично, — вытягивает руки вперед. — Приставать не буду, обещаю. Просто выпьем и потанцуем. Окей?

Смешной такой, нелепый, но невероятно приятный парень. Обаяние хлещет могучими волнами, завораживает и с ним правда тянет общаться. Чистый он, искренний. И мне кажется, что Сева тоже очень одинокий на своих странных берегах. Поддержу, конечно.

Гори все огнем. Яростным и беспощадным. Все спалить к сраной козе и переключиться на другой канал. Волна «Молот» не оплачена и больше не транслирует гадости в мой мозг. Заблочила насмерть ее только что.

— Давай, Сева, — слишком бодро заряжаю ему и выпрыгиваю из машины.

Решаем пройти сразу на площадку дискача, минуя все залы бойни, ради которой собирается кровожадная публика. Нам сегодня зрелищ не нужно, нам нужны танцы, дикие и первобытные. Если совсем пойдет как надо, брошу машину здесь, парковка надежно охраняется, и уеду на такси. Севка говорит и говорит, сыплет острыми шуточками. Выясняется, что он сын одного из самых известных бизнесменов столицы, придавленный авторитарным папочкой. Работает у него же и мечтает о своем ток-шоу, так как ощущает в себе непревзойденный потенциал, но отец яростно сопротивляется и перекрывает кислород на пробах везде, где только Севка появляется.