Книга Малера, страница 90 – Хелен Кир

Эта лавина ощущений меня бросает со стены на стену. Головокружение необычное, выносящее за пределы осязаемого, я словно в параллельной Вселенной наблюдаю за собой. И так всегда, когда я рядом с Филатовым. Как так может быть вообще, не раз задавалась вопросом и не отвечала себе на него никогда. Это выше моего понимания. Выше! Он просто мой? Хотя какой к черту мой, там вон девушка на горизонте появилась.

— Лера, все не так, — еще больше оглушают меня слова Мота. — Я расскажу тебе. Идем же, пожалуйста.

Меня качает из стороны в сторону как от его слов, так и от обрушающихся сомнений. Что он расскажет? Что Илья случайно получился, и он его не может бросить? Что на самом деле у них счастливая семья и я была хорошеньким увлечением? Что несмотря ни на что хочет быть со мной? Что??? Готова ли я это слышать, не знаю.

Мой первый порыв — бежать. Смыться, запереться в комнате, прыгнуть в самый темный угол шкафа и закрыться в нем. Найти самое теплое и плотное одеяло, закутаться в него и сидеть не дыша. Так мне хочется, но это же по-детски несерьезно. Придется разрулить всю сегодняшнюю ситуацию просто для того, чтобы стать адекватным взрослым человеком. Не ощущать больше опеки окружающих, стать ответственной за все свои последующие поступки и самой принимать решения. Мне нужно сейчас пройти этот болезненный этап. Я очень люблю Матвея и приму все, что он скажет. Хотя как мне обидно и горько, кто бы знал, как же мне горестно!

— Что не так? — вырывается против воли растресканным шепотом — Все же понятно…

— Нет, Лер, тебе ничего не понятно. Все крайне запутано, — не отрывается он от меня, смотрит пожирает взглядом — Я… Идем же! Да идем, Лера! — придерживает мальчика на шее, а второй хватает меня.

Еще до того, как берет меня, кисть начинает гореть, а соприкоснувшись кожей… тысячи искр опутывают мое тело. Сводит все от того, как мне снова хочется прочувствовать Мота, просто выворачивает от желания. В ответ хватаю крепко и надежно. Продавливают грешные мысли, мне сейчас все равно. Я пойду за ним и все возможно произойдет, наплевать где и все равно как, лишь бы не отпускал. Видимо, у Филатова также, потому что он тоже дрожит, крепче сжимает. И это только наши руки, что же будет дальше.

Ни слова не говоря больше, ведет меня, и я иду. Движемся быстрее ветра. Матвей голыми ногами ступает на почву без разбора, только мелкий сор хрустит под ним. Наблюдаю и думаю только о том, чтобы Мот не поранился. Вспоминаю, что забыла под стволом дерева плед, чай, но возвратиться не хочу. Да, не хочу. Я бегу навстречу чему-то волнующему и щекочущему.

Врываемся в дом, запыхавшиеся и раскрасневшиеся. Под удивленные взгляды мамы Мота и Наталья Михайловны, отдаем Илью и ни слова не говоря, разворачиваемся и убегаем назад в лес. Матвей также стремительно тащит меня туда, где нашел. Путь не замечаю, понимаю только, что никого мы у Филатовых не встретили, в смысле его пассию или кто там она. Я путаюсь в сознании, и страшно признаться, что мне теперь безразличен факт существования той особы. Преследую только одно — остаться с Филатовым вдвоем под шелестящей листвой.

Подтащив меня к дереву, Матвей хватает руками мое лицо, поднимает подбородок и впивается в губы. Мне конец. Я умираю от желания и трясусь от наваждения предстоящей близости. Я готова на все.