Книга Спартакилада, страница 22 – Хелен Кир

Он медленно скользит руками по моему телу, отпуская. Неохотно? Или показалось? Неважно.

Пока я плыву, сбоку меня обгоняет Спартак. Невольно любуюсь, как он плывет, мощно загребая руками и рассекает воду грудью, как ледокол. Сильный, смелый, волевой. С трудом догоняю его, и мы начинаем нырять. Какой кайф плавать в теплой и ласковой воде, просто болтать ногами и ощущать небывалую легкость. Наплававшись, мы стоим у берега по грудь в воде и все еще разговариваем, о детстве, о родителях.

Я замечаю, что он по-другому на меня смотрит, все чаще и чаще задерживает свой взгляд на моих губах, скользит по шее, спускается к моей груди. И подходит все ближе. Мокрые волосы прилипли ко лбу, и вообще весь его вид мальчишески-задорный. Голос все бархатнее, все больше окутывает меня и затягивает туда, куда и не надо было бы.

— Замерзла? — спрашивает он, не сводя глаз с моих губ.

— Да, нужно идти — отворачиваюсь от него, намереваясь выйти из воды.

— Лад, подожди. Не уходи, слышишь? Да подожди ты..

Тянет меня в воде и прижимает к себе намертво. Всей спиной я чувствую его, как подрагивает крепкое тело, сжимаются мышцы, я как в камень врезалась. Неловко барахтаюсь под водой, соскальзываю и попой впечатываюсь в его пах, а там сюрприз…. Сюрпризище…Спартак сдавленно охает и сильнее прижимает.

— Извини, извини, отпусти меня. Спартак, прошу — судорожно говорю, неловко барахтаюсь в его руках, задыхаясь от нахлынувших ощущений. — Нельзя, не надо.

— Почему? Ну ответишь, ты вразумительно или нет? Почему, Лад??? — требует Спартак и по- прежнему не отпускает.

— Ты знаешь почему. Ты занят! — режу ему по глазам — у тебя девушка.

Спартак вздыхает и сказать ему нечего. Он молчит и смотрит в сторону. Но еще хуже то, что подсознательно, я ждала каких-то слов, но они не прозвучали. Весь флер вечера летит к ебеням! Все, приехали. Туши свет, делай ночь. Занавес. Настроение в жопе.

— Спартак — выдыхаю я — давай оставим все как есть. Так будет лучше. Ты сказал на лавке- «мир», вот и ….»мир». Это все.

Он отпускает, медленно разжимает руки, из которых я выскальзываю и иду к берегу. Идет позади и жжет взглядом, я чувствую это, ощущаю, он палит мне кожу. Я покрываюсь крупными мурашками и хочу быстрее одеться. Прямо на мокрые тела натягиваем одежду, обуваемся и идем на базу. Все происходит в молчании, отчего хочется скорее остаться в одиночестве.

Выходим на пригорок, Спартак протягивает руку, предлагает помощь, чтобы я не поскользнулась, но я игнорирую и взбираюсь сама. Он опускает руку и мажет меня тягучим взглядом.

В молчании добредаем до места. На секунду он ловит мою руку, разворачивает к себе, и тут же отводит ладонь.

— Извини.

Это все, что я слышу за весь остаток вечера. Он смотрит на меня и вид его оставляет желать лучшего. Он растерян, как и я. И мы оба не знаем, что делать. Я не нахожу ничего лучше, как сказать.

— Ничего. Бывает. Пока, Спартак.

Меня давит каменной плитой уже два дня. Два долбаных дня, в течении которых, я несколько раз урывками видел Ладу. Наше общение ограничивалось «привет-пока». Как унять свое ноющее сердце, я не знаю. Зачем я поперся с ней купаться, на какой многочлен предложил?

Видеть ее в бикини, та еще пытка. Русалка, вашу маму. Все при ней! Все как надо! Клялся, что не распущу руки. Но, когда она опять врезалась в меня на берегу, пришлось схватить. Хорошо, что она первая вошла в воду и не увидела, как мой боец встал по стойке «смирно». Еле успокоил себя плаванием, так пёр в воде, что еще немного и маханул бы черт знает куда.