Книга Территория сердца, страница 57 – Весела Костадинова

— Виктору Матвеевичу нужен свежий взгляд на вещи, мышонок, — он присел на край стола, совсем как Влад сегодня утром. Внезапно я заметила их неоспоримое сходство в движениях и манере держаться. — Он крутой профессионал, но слишком сильно погрузился в нашу научно-исследовательскую среду. Основная проблема всех нас. Радует одно — у наших конкурентов дела не лучше. Не учили нас, мышонок, презентовать себя, — повторил он слова Влада. Или Влад — его.

Пресс-релиз — это не сложно, тем более, когда я его читала, то уже понимала, как можно сделать интереснее.

— Езжай домой, мышка, — он поднялся и вздохнул, думая о своем, — релиз отправишь на почту, как закончишь. Завтра, послезавтра… До понедельника, в общем.

Больше не обращая на меня внимания, он задумчиво развернулся и, не оглядываясь, ушёл в свой кабинет, оставив меня одну. Часы на стене показывали половину десятого.

Составить релиз — не проблема, я краем глаза посматривала на двери кабинета. Десять минут, двадцать… а сам-то он домой собирается?

Я вспомнила, как Алла подробно рассказывала мне о вкусах начальника: что он пьёт, какую подачу предпочитает, и даже мелкие детали — как именно он любит кофе или какой видит идеальную закуску к вечернему стакану виски, как вечером приготовить чай, какое печенье или конфеты подходят к каждому случаю.

Да ладно, Зара, серьезно?

Матеря саму себя на чем свет стоит, я все-таки заварила черный крепкий чай, выждала десять минут и, сервировав поднос, постучала в двери.

— Да, — Болотов поднял на меня уставшие глаза, — ты все еще здесь, мышонок?

— Минут через двадцать доделаю релиз и поеду домой. Такси все заняты, пятница вечер, все равно сидеть и ждать, — ровно ответила я, ставя перед ним чашку с чаем.

— Алла хорошо тебя выдрессировала, — усмехнулся он, отпивая чай. — Каких-то две недели, а мышка ходит на задних лапках.

Кровь ударила мне в лицо, от злости потемнело в глазах. Я прямо представила, как беру поднос и бью им по этому самодовольному лицу. Ещё одно его слово, ещё одна насмешка — и я, возможно, действительно бы сделала это. Но он молчал, пристально смотрел на меня, наблюдая, словно хищник за загнанной добычей. Внутри меня всё кипело от ярости и обиды, но я не опускала взгляд, стараясь не выдать себя. Во мне боролись две силы: разум, который уговаривал просто развернуться и уйти, и ярость — безудержная и жгучая, требовавшая немедленного действия, твердившая опрокинуть на него кружку.

Победил разум. Я резко развернулась на каблуках, гордо подняв голову, и покинула кабинет, от души приложив дверью, отчего по коридору прокатилось глухое эхо. Пусть знает, что я не готова терпеть его унижения. Пусть видит, что за каждое своё слово он получит отпор, пусть даже и не физический.

Села за стол, чувствуя, как внутри кипит откровенная злость. Никогда больше я не стану ничего для него делать. Никогда. Алла не права — этот человек наслаждается своей властью над другими, ему нравится смотреть, как кто-то испытывает неуверенность, как изо всех сил старается угодить, а потом ломается под его презрением. Он ищет слабости, испытывает людей на прочность, и это доставляет ему удовольствие.

Сделаю сегодня же этот пресс-релиз, уеду домой и все выходные не прикоснусь к работе. Ни за что!