Книга Территория сердца, страница 18 – Весела Костадинова

— Может, вам стоит отдохнуть, — уронила я с ледяными интонациями, прикидывая в голове все еще Алла Викторовна в приёмной или уже ушла. — Кажется, вы немного… устали.

Он вдруг рассмеялся, и этот смех прозвучал так жутко, что мурашки побежали по коже.

— Да, девочка, — сказал он, делая шаг вперёд, ещё ближе. Слишком близко. Я почувствовала его запах — алкоголь и что-то сладковатое, неприятное. — Я устал. Как тебя там, Зара?

Его лицо было так близко, что я могла разглядеть каждый его порыв дыхания. Он будто наслаждался моей реакцией, глядя в глаза так, как будто хотел увидеть в них страх. Внутри всё сжалось от понимания, что я в ловушке, что никто не придёт на помощь.

— Давай, Зара, выполни свои прямые обязанности… расслабь меня.

Я почувствовала, как к горлу подступает тошнота. На мгновение мир словно сужен до этой комнаты, до его слов, его близости, до того, что казалось, уже не имеет никакого значения — работа, презентации, амбиции. Всё это рухнуло под тяжестью его фразы.

Он схватил меня за запястье, настолько сильно, что я невольно вскрикнула от боли, и притянул к себе. Его губы, грубые и жадные, оставляли на моей коже горячие следы, и я почувствовала, как паника начинает захлёстывать меня с головой. Я отчаянно пыталась вырваться, но мои движения были неуклюжими, слабее, чем хотелось бы — никогда в жизни я не была в такой ситуации. Мозг и выдержка полностью отключились.

— Отпусти! — хрипло выкрикнула я, чувствуя, как внутри всё сжимается от ужаса и боли. — Пусти меня, немедленно!

Но он, казалось, не слышал, поглощённый какой-то своей, безумной реальностью. Его руки сжались ещё крепче, а зубы ещё сильнее впились в мою шею, вызывая острую, пульсирующую боль. Я чувствовала, как слёзы бессилия подступают к глазам, но не могла позволить себе сломаться. Нужно было что-то делать, бороться, вырываться, но все мои попытки казались жалкими и беспомощными.

В какой-то момент мне удалось освободить руку, и я, собрав все свои силы, ударила его по лицу, что было сил. Неправильно ударила, слабо, не так, как должна была. Его голова дёрнулась в сторону, и он, на секунду оторвавшись, взглянул на меня своими затуманенными, налитыми яростью глазами.

— Сука! — прошипел он, в его голосе звучала ярость и непонимание, словно я нарушила его планы, его реальность, где всё должно было идти по его правилам. — Чего ж ты ломаешься, мышь серая! Ты же так хотела этой должности, так что сейчас строишь из себя целку?

От его слов меня охватила такая волна отвращения и ужаса, что я замерла на мгновение, не понимая, как он может произносить это вслух. Но секунды, которые я потеряла в этом оцепенении, стоили мне свободы. С яростным рычанием он резко толкнул меня, и я, потеряв равновесие, опрокинулась на стоявший в углу кабинета диван. Воздух выбило из лёгких, и я на мгновение оказалась полностью обездвиженной, не понимая, что происходит.

Его тяжёлое тело навалилось на меня, и я почувствовала, как паника захлёстывает с головой. Я попыталась вырваться, но он сжал мои плечи, словно тиски, придавливая меня к мягкой поверхности. Я брыкалась, пыталась оттолкнуть его, но всё было бесполезно. Вся моя сила, умение постоять за себя, привитое с детства, все мои навыки, которым обучал меня отец — вдруг куда-то исчезли, оставив только страх и отчаяние.